[{"data":1,"prerenderedAt":-1},["ShallowReactive",2],{"material-types":3,"material-public-chernye-parusa":64,"related-chernye-parusa-fallback":110},[4,19,34,49],{"type_id":5,"type_name":6,"type_name_plural":7,"type_slug":8,"type_url":9,"type_emoji":10,"type_image_url":11,"type_gradient":12,"type_text_color":13,"type_shadow_color":14,"type_description":15,"seo_title":16,"seo_description":15,"seo_h1":17,"type_content":18},1,"Сказка","Сказки","skazki","\u002Fskazki","🧸","\u002Fassets\u002Fimages\u002Ftypes\u002Fskazki.png","linear-gradient(160deg, #fff8e7 0%, #fde68a 50%, #fca5a5 100%)","#92400e","rgba(252,165,165,0.3)","Сказки для семейного чтения: выбирайте истории по героям и настроению, знакомьтесь с народными и авторскими сюжетами.","Сказки для детей — читать вместе","Сказки для детей","\u003Cp>Выбирайте сказку по тому, что сейчас интересно ребёнку: приключению, знакомым героям или необычному миру. Перед чтением можно вместе рассмотреть название и предположить, какое событие запустит историю.\u003C\u002Fp>\n\u003Cp>Если текст длинный, остановитесь на понятном эпизоде и в следующий раз коротко вспомните прочитанное. После финала обсудите один выбор героя или предложите нарисовать место, куда хотелось бы попасть.\u003C\u002Fp>",{"type_id":20,"type_name":21,"type_name_plural":22,"type_slug":23,"type_url":24,"type_emoji":25,"type_image_url":26,"type_gradient":27,"type_text_color":28,"type_shadow_color":29,"type_description":30,"seo_title":31,"seo_description":30,"seo_h1":32,"type_content":33},2,"Рассказ","Рассказы","rasskazy","\u002Frasskazy","📖","\u002Fassets\u002Fimages\u002Ftypes\u002Frasskazy.png","linear-gradient(160deg, #fff7ed 0%, #fed7aa 50%, #fb923c 100%)","#7c2d12","rgba(251,146,60,0.3)","Детские рассказы для совместного и самостоятельного чтения: ситуации из жизни, решения героев и темы для разговора.","Рассказы для детей — читать и обсуждать","Рассказы для детей","\u003Cp>В рассказах интересно замечать, как небольшое событие меняет отношения или настроение героя. Выберите историю, которую удобно прочитать сейчас, и дайте ребёнку следить за ней в собственном темпе.\u003C\u002Fp>\n\u003Cp>После чтения спросите, какой эпизод запомнился и почему. Если мнения о поступке героя расходятся, вернитесь к тексту: разные объяснения часто делают разговор содержательнее готовой оценки.\u003C\u002Fp>",{"type_id":35,"type_name":36,"type_name_plural":37,"type_slug":38,"type_url":39,"type_emoji":40,"type_image_url":41,"type_gradient":42,"type_text_color":43,"type_shadow_color":44,"type_description":45,"seo_title":46,"seo_description":45,"seo_h1":47,"type_content":48},3,"Стих","Стихи","stihi","\u002Fstihi","🪶","\u002Fassets\u002Fimages\u002Ftypes\u002Fstihi.png","linear-gradient(160deg, #f5f3ff 0%, #ddd6fe 50%, #c084fc 100%)","#4c1d95","rgba(192,132,252,0.3)","Детские стихотворения для чтения вслух: рифмы, образы и настроение. Выбирайте тексты для повторения, игры или праздника.","Стихи для детей — читать вслух","Стихи для детей","\u003Cp>Стихи можно сначала просто послушать, не разбирая каждую строку. Прочитайте выбранный текст вслух и прислушайтесь вместе к ритму, паузам и словам, которые хочется повторить.\u003C\u002Fp>\n\u003Cp>Вернуться к стихотворению можно через рисунок, жест или другую интонацию. Для заучивания выбирайте текст, который понравился самому ребёнку; желание переслушать уже даёт повод для следующего чтения.\u003C\u002Fp>",{"type_id":50,"type_name":51,"type_name_plural":52,"type_slug":53,"type_url":54,"type_emoji":55,"type_image_url":56,"type_gradient":57,"type_text_color":58,"type_shadow_color":59,"type_description":60,"seo_title":61,"seo_description":60,"seo_h1":62,"type_content":63},4,"Басня","Басни","basni","\u002Fbasni","🦢","\u002Fassets\u002Fimages\u002Ftypes\u002Fbasni.png","linear-gradient(160deg, #f0fdf4 0%, #bbf7d0 50%, #6ee7b7 100%)","#064e3b","rgba(110,231,183,0.3)","Басни для совместного чтения: короткие сюжеты, выразительные персонажи и вопросы о словах, поступках и последствиях.","Басни для детей — читать и размышлять","Басни для детей","\u003Cp>В басне небольшой сюжет предлагает посмотреть на знакомое поведение со стороны. Проследите, чего добивается каждый персонаж, чем он убеждает других и что происходит после его решения.\u003C\u002Fp>\n\u003Cp>Прежде чем обсуждать авторский вывод, предложите ребёнку собственное объяснение финала. Можно придумать похожую ситуацию с другими героями и проверить, останется ли смысл тем же.\u003C\u002Fp>",{"material_id":65,"material_type_id":20,"material_name":66,"material_description":67,"material_slug":68,"material_image_url":69,"material_read_time":70,"material_read_seconds":71,"has_audio":72,"material_created_at":73,"material_update_at":74,"seo_title":75,"seo_description":76,"seo_h1":66,"material_canonical_slug":77,"chapters":78,"categories":82,"authors":102,"audios":103,"material_parent_guide":104,"generation_parameters":77},"9a087b26-192e-4c26-bbb8-d2a28d8fa0d0","Черные паруса","На старинных судах люди отправляются в опасный морской путь. Чёрные паруса становятся частью рассказа о боях, тяжёлом труде гребцов и цене победы.","chernye-parusa","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F5b\u002F82\u002F5b823413feb3a35137177e1a18c5f89f6b187ced0d47a0ada527483faf1d0247.webp","1 ч. 30 мин.",3600,false,"2025-12-04 19:45:39+03","2026-09-25 15:59:04+03","Черные паруса — читать с ребёнком","Историческое морское повествование о кораблях под чёрными парусами.",null,[79],{"chapter_number":80,"chapter_name":66,"chapter_content":81},0,"## 1. Ладьи\n\nОбмотали весла тряпьем, чтоб не стукнуло, не брякнуло дерево. И водой сверху полили, чтоб не скрипнуло, проклятое.\n\nНочь темная, густая, хоть палку воткни.\n\nПодгребаются казаки к турецкому берегу, и вода не плеснет: весло из воды вынимают осторожно, что ребенка из люльки.\n\nА лодки большие, развалистые. Носы острые, вверх тянутся. В каждой лодке по двадцать пять человек, и еще для двадцати места хватит.\n\nСтарый Пилип на передней лодке. Он и ведет.\n\nСтал уж берег виден: стоит он черной стеной на черном небе. Гребанут, гребанут казаки и станут — слушают.\n\nХорошо тянет с берега ночной ветерок. Все слыхать. Вот и последняя собака на берегу брехать перестала. Тихо. Только слышно, как море шуршит песком под берегом: чуть дышит Черное море.\n\nВот веслом дно достали. Вылезли двое и пошли вброд на берег, в разведку. Большой, богатый аул тут, на берегу, у турок стоит.\n\nА ладьи уж все тут. Стоят, слушают — не забаламутили б хлопцы собак. Да не таковские!\n\nВот чуть заалело под берегом, и обрыв над головой стал виден. С зубцами, с водомоинами.\n\nИ гомон поднялся в ауле.\n\nА свет ярче, ярче, и багровый дым заклубился, завился над турецкой деревней: с обоих краев подпалили казаки аул. Псы забрехали, кони заржали, завыл народ, заголосил.\n\nРванули ладьи в берег. По два человека оставили казаки в лодке, полезли по обрыву на кручу. Вот она, кукуруза, — стеной стоит над самым аулом.\n\nЛежат казаки в кукурузе и смотрят, как турки все свое добро на улицу тащат: и сундуки, и ковры, и посуду, все на пожаре, как днем, видать. Высматривают, чья хата побогаче.\n\nМечутся турки, ревут бабы, таскают из колодца воду, коней выводят из стойл. Кони бьются, срываются, носятся меж людей, топчут добро и уносятся в степь.\n\nПожитков груда на земле навалена.\n\nКак гикнет Пилип! Вскочили казаки, бросились к турецкому добру и ну хватать, что кому под силу.\n\nОбалдели турки, орут по-своему.\n\nА казак хватил и — в кукурузу, в темь, и сгинул в ночи, как в воду нырнул.\n\nУж набили хлопцы лодки и коврами, и кувшинами серебряными, и вышивками турецкими, да вот вздумал вдруг Грицко бабу с собой подхватить — так, для смеху.\n\nБаба как даст голосу, да такого, что сразу турки в память пришли. Хватились ятаганы откапывать в пожитках из-под узлов и бросились за Грицком.\n\nГрицко и бабу кинул, бегом ломит через кукурузу, камнем вниз с обрыва и тикать к ладьям.\n\nА турки за ним с берега сыпятся, как картошка. В воду лезут на казаков: от пожара, от крика как очумели, вплавь бросились.\n\nТут уж с обрыва из мушкетов палить принялись и пожар-то свой бросили. Отбиваются казаки. Да не палить же из мушкетов в берег — еще темней стало под обрывом, как задышало зарево над деревней. Своих бы не перебить. Бьются саблями и отступают вброд к ладьям.\n\nИ вот, кто не успел в ладью вскочить, порубили тех турки. Одного только в плен взяли — Грицка.\n\nА казаки налегли что силы на весла и — в море, подальше от турецких пуль. Гребли, пока пожар чуть виден стал: красным глазком мигает с берега. Тогда подались на север, скорей, чтоб не настигла погоня.\n\nПо два гребца сидело на каждой скамье, а скамей было по семи на каждой ладье: в четырнадцать весел ударяли казаки, а пятнадцатым веслом правил сам кормчий. Это было триста лет тому назад. Так ходили на ладьях казаки к турецким берегам.\n\n## 2. Фелюга\n\nПришел в себя Гриц. Все тело избито. Саднит, ломит. Кругом темно. Только огненными линейками светит день в щели сарая. Пощупал кругом: солома, навоз.\n\n«Где это я?»\n\nИ вдруг все вспомнил. Вспомнил, и дух захватило. Лучше б убили. А теперь шкуру с живого сдерут. Или на кол посадят турки. Для того и живого оставили. Так и решил. И затошнило от тоски и от страха.\n\n«Может, я не один тут, — все веселей будет».\n\nИ спросил вслух:\n\n— Есть кто живой?\n\nНет, один.\n\nБрякнули замком, и вошли люди. Ударило светом в двери. Грицко и свету не рад. Вот она, смерть пришла. И встать не может.\n\nЗаслабли ноги, обмяк весь. А турки теребят, ногами пинают — вставай!\n\nПодняли.\n\nРуки закрутили назад, вытолкали в двери. Народ стоит на улице, смотрит, лопочут что-то. Старик бородатый, в чалме, нагнулся, камень поднял. Махнул со злости и попал в провожатых.\n\nА Грицко и по сторонам не глядит, все вперед смотрит — где кол стоит? И страшно, и не глядеть не может: из-за каждого поворота кола ждет. А ноги как не свои, как приделанные.\n\nМечеть прошли, а кола все нет. Из деревни вышли и пошли дорогой к морю.\n\n«Значит, топить будут, — решил казак. — Все муки меньше».\n\nУ берега стояла фелюга — большая лодка, острая с двух концов. Нос и корма были лихо задраны вверх, как рога у турецкого месяца.\n\nГрицко бросили на дно. Полуголые гребцы взялись за весла.\n\n## 3. Карамусал\n\n«Так и есть, топить везут», — решил казак.\n\nГрицко видал со дна только синее небо да голую потную спину гребца. Стали вдруг легче грести. Гриц запрокинул голову: видит нос корабля над самой фелюгой. Толстый форштевень изогнуто подымался из воды. По сторонам его написаны краской два глаза, и, как надутые щеки, выпячиваются круглые скулы турецкого карамусала. Как будто от злости надулся корабль.\n\nТолько успел Грицко подумать, уж не повесить ли его сюда привезли, как все было готово. Фелюга стояла у высокого крутого борта, и по веревочному трапу с деревянными ступеньками турки стали перебираться на корабль. Грицка веревкой захлестнули за шею и потащили на борт. Едва не задушили.\n\nНа палубе Гриц увидел, что корабль большой, шагов с полсотни длиной. Две мачты, и на спущенных над палубой рейках туго скручены убранные паруса. Фок-мачта смотрела вперед. От мачт шли к борту веревки — ванты. Тугие — ими держалась мачта, когда ветер напирал в парус. У бортов стояли бочки.\n\n![Строение мачты](https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F83\u002F3e\u002F833ea7c09086fd8f29c80842de0b8bd4248aed589867f55d88599e5d45635df7.webp)\n\nНа корме была нагорожена целая кибитка. Большая, обтянутая плотной материей. Вход в нее с палубы был завешан коврами.\n\nСтража с кинжалами и ятаганами у пояса стояла при входе в эту кормовую беседку.\n\nОттуда не спеша выступал важный турок — в огромной чалме, с широчайшим шелковым поясом; из-за пояса торчали две рукоятки кинжалов с золотой насечкой, с самоцветными каменьями.\n\nВсе на палубе затихли и смотрели, как выступал турок.\n\n— Капудан, капудан, — зашептали около Грицка.\n\nТурки расступились. Капудан (капитан) глянул в глаза Грицку, так глянул, как ломом ткнул. Целую минуту молчал и все глядел. Затем откусил какое-то слово и округло повернул к своей ковровой палатке на корме.\n\nСтража схватила Грицка и повела на нос.\n\nПришел кузнец, и Грицко мигнуть не успел, как на руках и ногах заговорили, забренчали цепи.\n\nОткрыли люк и спихнули пленника в трюм. Грохнулся Грицко в черную дырку, ударился внизу о бревна, о свои цепи. Люк неплотно закрывался, и сквозь щели проникал светлыми полотнами солнечный свет.\n\n«Теперь уж не убьют, — подумал казак, — убили бы, так сразу, там, на берегу».\n\nИ цепям и темному трюму обрадовался.\n\nГрицко стал лазать по трюму и рассматривать, где ж это он. Скоро привык к полутьме.\n\nВсе судно внутри было из ребер \\[Ребра эти называются шпангоутами.\\], из толстых, вершка по четыре. Ребра были не целые, стычные, и густо посажены. А за ребрами шли уже доски. Между досками, в щелях, смола. По низу в длину, поверх ребер, шло посредине бревно \\[Это бревно, покрывающее шпангоуты, называется кильсоном.\\]. Толстое, обтесанное. На него-то и грохнулся Гриц, как его с палубы спихнули.\n\n— А таки здоровая хребтина! — И Грицко похлопал по бревну ладошкой.\n\nГрицко грохотал своими кандалами — кузница переезжает.\n\nА сверху в щелочку смотрел пожилой турок в зеленом тюрбане. Смотрел, кто это так ворочается здорово. И заприметил казака.\n\n— Якши урус \\[Хорош русский.\\], — пробормотал он про себя. — За него можно деньги взять. Надо подкормить.\n\n## 4. Порт\n\nВ Царьграде на базаре стоял Грицко и рядом с ним невольник-болгарин. Турок в зеленой чалме выменял казака у капудана на серебряный наргиле \\[Наргиле — кальян, прибор для курения.\\] и теперь продавал на базаре.\n\nБазар был всем базарам базар. Казалось, целый город сумасшедших собрался голоса пробовать. Люди старались перекричать ослов, а ослы — друг друга. Груженые верблюды с огромными вьюками ковров на боках, покачиваясь, важно ступали среди толпы, а впереди сириец орал и расчищал каравану дорогу: богатые ковры везли из Сирии на царьградский рынок.\n\nГубастого ободранного вора толкала стража, и густой толпой провожали их мальчишки, бритые, гологоловые.\n\nЗелеными клумбами подымались над толпой арбы с зеленью. Завешанные черными чадрами турецкие хозяйки пронзительными голосами ругали купцов-огородников.\n\nНад кучей сладких, пахучих дынь вились роем мухи. Загорелые люди перекидывали из руки в руку золотистые дыни, заманивали покупателя дешевой ценой.\n\nГрек бил ложкой в кастрюлю — звал в свою харчевню.\n\nС Грицком продавал турок пять мальчиков-арапчат. Он велел им орать свою цену и, если они плохо старались, поддавал пару плеткой.\n\nРядом араб продавал верблюдов. Покупатели толклись, приливали, отливали и рекой с водоворотом текли мимо.\n\nКого только не было! Ходили и арабы: легко, как на пружинках, подымались на каждом шагу.\n\nВалили толстым пузом вперед турецкие купцы с полдюжиной черных слуг. Проходили генуэзцы в красивых кафтанах в талью; они были франты и всё смеялись, болтали, как будто пришли на веселый маскарад. У каждого на боку шпага с затейливой ручкой, золотые пряжки на сапогах.\n\nСреди толчеи вертелись разносчики холодной воды с козьим бурдюком за спиной.\n\nШум был такой, что грянь гром с неба — никто б не услышал. И вот вдруг этот гам удвоился — все кругом завопили, как будто их бросили на уголья.\n\nХозяин Грицка схватился нахлестывать своих арапчат. Казак стал смотреть, что случилось. Базар расступался: кто-то важный шел — видать, главный тут купец.\n\nДвигался венецианский капитан, в кафтане с золотом и кружевом. Не шел, а выступал павлином. А с ним целая свита расшитой, пестрой молодежи.\n\nБолгарин стал креститься, чтоб видали: вот христианская душа мучится. Авось купят, крещеные ведь люди. А Гриц пялил глаза на шитые кафтаны.\n\nИ вот шитые кафтаны стали перед товаром: перед Грицком, арапчатами и набожным болгарином. Уперлись руками в бока, и расшитый золотом капитан затрясся от смеха. За ним вся свита принялась усердно хохотать. Гнулись, переваливались. Им смешно было глядеть, как арапчата, задрав головы к небу, в один голос выли свою цену.\n\nКапитан обернулся к хозяину с важной миной. Золоченые спутники нахмурились, как по команде, и сделали строгие лица.\n\nБолгарин так закрестился, что руки не стало видно.\n\nНарод сбежался, обступил венецианцев, всякий совался, тискался: кто подмигивал хозяину, кто старался переманить к себе богатых купцов.\n\n## 5. Неф\n\nВечером турок отвел Грицка с болгарином на берег и перевез на фелюге на венецианский корабль.\n\nБолгарин всю дорогу твердил на разные лады Грицку, что их выкупили христиане. От бусурман выкупили, освободили.\n\nА Гриц сказал:\n\n— Що мы им, сватья чи братья, що воны нас выкуплять будут? Дурно паны грошей не дадуть!\n\nКорабль был не то, что турецкий карамусал, на котором привезли Грицка в Царьград. Как гордая птица, лежал на воде корабль, высоко задрав многоярусную корму. Он так легко касался воды своим круто изогнутым корпусом, как будто только спустился отдохнуть и понежиться в теплой воде. Казалось, вот сейчас распустит паруса-крылья и вспорхнет. Гибкими змеями вилось в воде его отражение. И над красной вечерней водой тяжело и важно реял за кормой парчовый флаг. На нем был крест и в золотом ярком венчике икона.\n\nКорабль стоял на чистом месте, поодаль от кучи турецких карамусалов, как будто боялся запачкаться.\n\nКвадратные окна были вырезаны в боку судна — семь окон в ряд, по всей длине корабля. Их дверцы были приветливо подняты вверх, а в глубине этих окон (портов), как злой зрачок, поблескивали дула бронзовых пушек.\n\nДве высокие мачты, одна в носу \\[Фок-мачта.\\], другая посредине \\[Грот-мачта.\\], натуго были укреплены веревками. На этих мачтах было по две перекладины — реи. Они висели на топенантах, и, как вожжи, шли от их концов (ноков) брасы. На третьей мачте, что торчала в самой корме \\[Бизань-мачта.\\], был только флаг. С него глаз не спускал болгарин.\n\n![Парус](https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002Fa1\u002F9e\u002Fa19e713d79b650ebd0fac799fa8a99ddf21db953be548664b8c66c798744b07d.webp)\n\nГрицко залюбовался кораблем. Он не мог подумать, что вся эта паутина веревок — снасти, необходимые снасти, без которых нельзя править кораблем, как конем без узды. Казак думал, что все напутано для форсу; надо было б еще позолотить.\n\nА с самой вышки кормы глядел с борта капитан — сеньор Перучьо. Он велел турку привезти невольников до заката солнца и теперь гневался, что тот запаздывает. Как смел? Два гребца наваливались что есть силы на весла, но ленивая фелюга плохо поддавалась на ход против течения Босфора.\n\nТолпа народа стояла у борта, когда, наконец, потные гребцы ухватили веревку (фалень) и подтянулись к судну.\n\n«Ну, — подумал Гриц, — опять за шею…»\n\nНо с корабля спустили трап, простой веревочный трап, невольникам развязали руки, и хозяин показал: полезайте!\n\nКакие красивые, какие нарядные люди обступили Грицка! Он видал поляков, но куда там!\n\nСередина палубы, где стоял Грицко, была самым низким местом. На носу крутой стеной начиналась надстройка \\[Надстройка — по-морскому — бак.\\].\n\nНа корме надстройка еще выше и поднималась ступенями в три этажа. Туда вели двери великолепной резной работы. Да и все кругом было прилажено, пригнано и форсисто разделано. Обрубком ничто не кончалось: всюду или завиток, или замысловатый крендель, и весь корабль выглядел таким же франтом, как те венецианцы, что толпились вокруг невольников. Невольников поворачивали, толкали, то смеялись, то спрашивали непонятное, а потом все хором принимались хохотать. Но вот сквозь толпу протиснулся бритый мужчина. Одет был просто. Взгляд прямой и жестокий. За поясом — короткая плетка. Он деловито взял за ворот Грицка, повернул его, поддал коленом и толкнул вперед. Болгарин сам бросился следом.\n\nОпять каморка где-то внизу, по соседству с водой, темнота и тот самый запах: крепкий запах, уверенный. Запах корабля, запах смолы, мокрого дерева и трюмной воды. К этому примешивался пряный запах корицы, душистого перца и еще каких-то ароматов, которыми дышал корабельный груз. Дорогой, лакомый груз, за которым венецианцы бегали через море к азиатским берегам. Товар шел из Индии.\n\nГрицко нанюхался этих крепких ароматов и заснул с горя на сырых досках. Проснулся оттого, что кто-то по нему бегал. Крысы!\n\nТемно, узко, как в коробке, а невидимые крысы скачут, шмыгают. Их неведомо сколько. Болгарин в углу что-то шепчет со страху.\n\n— Дави их! Боишься паньскую крысу обидеть? — кричит Грицко и ну шлепать кулаком, где только услышит шорох. Но длинные, юркие корабельные крысы ловко прыгали и шныряли. Болгарин бил впотьмах кулаками по Грицку, а Грицко по болгарину.\n\nГрицко хохотал, а болгарин чуть не плакал.\n\nНо тут в дверь стукнули, визгнула задвижка, и в каморку влился мутный полусвет раннего утра. Вчерашний человек с плеткой что-то кричал в дверях, хрипло, въедливо.\n\n— Ходимо! — сказал Грицко, и оба вышли.\n\n## 6. Ванты\n\nНа палубе были уже другие люди — не вчерашние. Они были бедно одеты, выбриты, с мрачными лицами.\n\nПод носовой надстройкой в палубе была сделана круглая дыра. Из нее шла труба. Она раскрывалась в носу снаружи. Это был клюз. В него проходил канат с корабля к якорю. Человек сорок народу тянуло этот канат. Он был в две руки толщиной; он выходил из воды мокрый, и люди с трудом его удерживали. Человек с плеткой, подкомит, пригнал еще два десятка народу. Толкнул туда и Грицка. Казак тянул, жилился. Ему стало веселей: все же с народом!\n\nПодкомит подхлестывал, когда ему казалось, что дело идет плохо. Толстый мокрый канат ленивой змеей не спеша выползал из клюза, как из норы. Наконец стал. Подкомит ругался, щелкал плетью. Люди скользили по намокшей уже палубе, но канат не шел дальше.\n\nА наверху, на баке, топали, и слышно было, как кричали по-командному непонятные слова. По веревочным ступенькам — выбленкам — уже лезли на мачты люди.\n\nТолстые веревки — ванты — шли от середины мачты к бортам. Между ними-то и были натянуты выбленки. Люди босыми ногами ударяли на ходу по этим выбленкам, и они входили в голую подошву, казалось, рвали ее пополам. Но подошвы у матросов были так намозолены, что они не чувствовали выбленок.\n\nМатросы не ходили, а бегали по вантам легко, как обезьяны по сучьям. Одни добегали до нижней реи и перелезали на нее, другие пролезали на площадку, что была посредине мачты (марс), а от нее лезли по другим вантам (стень-вантам) выше и перелезали на верхнюю рею. Они, как жучки, расползались по реям.\n\nНа марсе стоял их начальник — марсовый старшина — и командовал.\n\nНа носу тоже шла работа. Острым клювом торчал вперед тонкий бушприт, перекрещенный блиндареем. И там, над водой, уцепившись за снасти, работали люди. Они готовили передний парус — блинд.\n\nС северо-востока дул свежий ветер, крепкий и упорный. Без порывов, ровный, как доска.\n\nПарчового флага уже не было на кормовой мачте — бизани. Там трепался теперь на ветру флаг попроще. Как будто этим утренним ветром сдуло весь вчерашний багряный праздник. В сером предрассветье все казалось деловым, строгим, и резкие окрики старшин, как удары плетки, резали воздух.\n\n![Бушприт](https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002Ff8\u002Ffe\u002Ff8fe8b80e73bdd943572c7130856e446466a9ac094810c8f3ded04b0f459ab1c.webp)\n\n## 7. Левым галсом\n\nА вокруг на рейде еще не просыпались турецкие чумазые карамусалы, сонно покачивались испанские каравеллы. Только на длинных английских галлеях шевелились люди: они мыли палубу, черпали ведрами на веревках воду из-за борта, а на носу стояли люди и глядели, как снимется с якоря веницианец, — не всегда это гладко выходит.\n\nНо вот на корме венецианского корабля появился капитан. Что же якорь? Якорь не могли подорвать люди. Капитан поморщился и приказал перерубить канат. Не первый якорь оставлял корабль на долгой стоянке. Еще три оставалось в запасе. Капитан вполголоса передал команду помощнику, и тот крикнул, чтобы ставили блинд.\n\nВмиг взвился под бушпритом белый парус. Ветер ударил в него, туго надул, и нос корабля стало клонить по ветру. Но ветер давил и высокую многоярусную корму, которая сама была хорошим деревянным парусом; это мешало судну повернуться.\n\n![Парус и гик](https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F79\u002Fa2\u002F79a2cee07ed517eb2ca34ac3a2d35d7fdcc3a3b88ff2b4c9782d3630d33e763f.webp)\n\nОпять команда — и на передней (фок) мачте между реями растянулись паруса. Они были подвязаны к реям, и матросы только ждали команды марсового, чтобы отпустить снасти (бык горденя), которые подтягивали их к реям.\n\nТеперь корабль уж совсем повернул по ветру и плавно двинулся в ход по Босфору на юг. Течение его подгоняло.\n\nА на берегу стояла толпа турок и греков: все хотели видеть, как вспорхнет эта гордая птица.\n\nТолстый турок в зеленой чалме ласково поглаживал широкий пояс на животе: там были венецианские дукаты.\n\nСолнце вспыхнуло из-за азиатского берега и кровавым светом брызнуло в венецианские паруса. Теперь они были на всех трех мачтах. Корабль слегка прилег на правый борт, и казалось, что светом дунуло солнце и поддало ходу. А вода расступалась, и в обе стороны от носа уходила углом живая волна. Ветер дул слева — левым галсом шел корабль.\n\nМатросы убирали снасти. Они свертывали веревки в круглые бухты (мотки), укладывали и вешали по местам. А начальник команды, аргузин, неожиданно появлялся за плечами каждого. Каждый матрос, даже не глядя, спиной чувствовал, где аргузин. У аргузина будто сто глаз — всех сразу видит.\n\nНа высоком юте важно прохаживался капитан со своей свитой. За ними по пятам ходил комит. Он следил за каждым движением капитана: важный капитан давал иной раз приказ просто движением руки. Комиту надо было поймать этот жест, понять и мгновенно передать с юта на палубу. А там уж было кому поддать пару этой машине, что шевелилась около снастей.\n\n## 8. На фордевинд\n\nК полудню корабль вышел из Дарданелл в синюю воду Средиземного моря.\n\nГрицко смотрел с борта в воду, и ему казалось, что прозрачная синяя краска распущена в воде: окуни руку и вынешь синюю.\n\nВетер засвежел, корабль повернул правей. Капитан глянул на паруса, повел рукой. Комит свистнул, и матросы бросились, как сорвались, тянуть брасы, чтобы за концы повернуть реи по ветру. Грицко глазел, но аргузин огрел его по спине плеткой и толкнул в кучу людей, которые тужились, выбирая брас.\n\nТеперь паруса стояли прямо поперек корабля. Чуть зарывшись носом, корабль шел за зыбью. Она его нагоняла, подымала корму и медленно прокатывала под килем.\n\nКоманде давали обед. Но Грицку с болгарином сунули по сухарю. Болгарина укачало, и он не ел.\n\nТонкий свисток комита с кормы всполошил всех. Команда бросила обед, все выскочили на палубу. С кормы комит что-то кричал, его помощники — подкомиты — кубарем скатились вниз на палубу.\n\nНа юте стояла вся свита капитана и с борта глядела вдаль. На Грицко никто не обращал внимания.\n\nУ люка матросы вытаскивали черную парусину, свернутую тяжелыми, толстыми змеями. Аргузин кричал и подхлестывал отсталых. А вверх по вантам неслись матросы, лезли на реи. Паруса убирали, и люди, налегши грудью на реи, перегнувшись пополам, сложившись вдвое, изо всей силы на ветру сгребали парус к рее. Нижние (Шкотовые) концы болтались в воздухе, как языки, — тревожно, яростно, а сверху спускали веревки и быстро к ним привязывали эти черные полотна.\n\nГрицко, разинув рот, смотрел на эту возню. Марсовые что-то кричали внизу, а комит носился по всему кораблю, подбегал к капитану и снова камнем летел на палубу. Скоро вместо белых, как облако, парусов появились черные. Они туго надулись между реями.\n\nВетра снова не стало слышно, и корабль понесся дальше.\n\nНо тревога на корабле не прошла. Тревога напряглась, насторожилась. На палубе появились люди, которых раньше не видал казак: они были в железных шлемах, на локтях, на коленях торчали острые железные чашки. На солнце горели начищенные до сияния наплечники, нагрудники. Самострелы, арбалеты, мушкеты \\[Мушкеты — тяжелые, старинные ружья, кончавшиеся раструбом.\\], мечи на боку. Лица у них были серьезны, и смотрели они в ту же сторону, куда и капитан с высокого юта.\n\nА ветер все крепчал, он гнал вперед зыбь и весело отрывал мимоходом с валов белые гребешки пены и швырял в корму кораблю.\n\n## 9. Красные паруса\n\nГрицко высунул голову из-за борта и стал глядеть туда, куда смотрели все люди на корабле. Он увидал далеко за кормой, слева, среди зыби, рдеющие, красные паруса. Они то горели на солнце, как языки пламени, то проваливались в зыбь и исчезали. Они вспыхивали за кормой и, видно, пугали венецианцев.\n\nГрицку казалось, что корабль с красными парусами меньше венецианского.\n\nНо Грицко не знал, что с марса, с мачты, видели не один, а три корабля, что это были пираты, которые гнались на узких, как змеи, судах, гнались под парусами и помогали ветру веслами.\n\nКрасными парусами они требовали боя и пугали венецианцев.\n\nА венецианский корабль поставил черные, «волчьи» паруса, чтоб его не так было видно, чтобы стать совсем невидимым, как только сядет солнце. Свежий ветер легко гнал корабль, и пираты не приближались, но они шли сзади, как привязанные.\n\nСудовому священнику, капеллану, приказали молить у бога покрепче ветра, и он стал на колени перед раскрашенной статуей Антония, кланялся и складывал руки.\n\nА за кормой все вспыхивали из воды огненные паруса.\n\nКапитан смотрел на солнце и думал, скоро ли оно зайдет там впереди, на западе.\n\nНо ветер держался ровный, и венецианцы надеялись, что ночь укроет их от пиратов. Казалось, что пираты устали грести и стали отставать. Ночью можно свернуть, переменить курс, а по воде следу нету. Пусть тогда ищут.\n\nНо когда солнце сползало с неба и оставалось только часа два до полной тьмы, ветер устал дуть. Он стал срываться и ослабевать. Зыбь ленивее стала катиться мимо судна, как будто море и ветер шабашили под вечер работу.\n\nЛюди стали свистеть, обернувшись к корме: они верили, что этим вызовут ветер сзади. Капитан посылал спрашивать капеллана: что же Антоний?\n\n## 10. Штиль\n\nНо ветер спал вовсе. Он сразу прилег, и все чувствовали, что никакая сила его не подымет: он выдулся весь и теперь не дыхнет. Глянцевитая масляная зыбь жирно катилась по морю, спокойная, чванная. И огненные языки за кормой стали приближаться. Они медленно догоняли корабль. Но с марса кричали сторожевые, что их уже оказалось четыре, а не три. Четыре пиратских судна!\n\nКапитан велел подать себе хлеба. Он взял целый хлеб, посолил его и бросил с борта в море. Команда глухо гудела: все понимали, что настал мертвый штиль. Если и задышит ветерок, то не раньше полуночи.\n\nЛюди столпились около капеллана и уже громко ворчали: они требовали, чтоб монах им дал Антония на расправу. Довольно валяться в ногах, коли тебя все равно не хотят слушать! Они прошли в каюту-часовню под ютом, сорвали статую с ее подножия и всей гурьбой потащили к мачте.\n\nКапитан видел это и молчал. Он решил, что грех будет не его, а толк все же может выйти. Может быть, Антоний у матросов в руках заговорит по-иному. И капитан делал вид, что не замечает. Грешным делом, он уже бросил два золотых дуката в море. А матросы прикрутили Антония к мачте и шепотом ругали его на разных языках.\n\nШтиль стоял на море спокойный и крепкий, как сон после работы.\n\nА пираты подравнивали линию своих судов, чтобы разом атаковать корабль. Поджидали отсталых.\n\nНа второй палубе пушкари стояли у медных орудий. Все было готово к бою.\n\nПриготовили глиняные горшки с сухой известью, чтоб бросать ее в лицо врагам, когда они полезут на корабль. Развели в бочке мыло, чтоб его лить на неприятельскую палубу, когда корабли сцепятся борт о борт: пусть на скользкой палубе падают пираты и скользят в мыльной воде.\n\nВсе воины, их было девяносто человек, готовились к бою; они были молчаливы и сосредоточенны. Но матросы гудели: они не хотели боя, они хотели уйти на своем легком корабле. Им обидно было, что нет ветра, и они решили туже стянуть веревки на Антонии: чтоб знал! Один пригрозил палкой, но ударить не решился.\n\nА черные «волчьи» паруса обвисли на реях. Они хлопали по мачтам, когда судно качало, как траурный балдахин.\n\nКапитан сидел в своей каюте. Он велел подать себе вина. Пил, не хмелел. Бил по столу кулаком — нет ветра. Поминутно выходил на палубу, чтоб взглянуть, не идет ли ветер, не почернело ли от ряби море.\n\nТеперь он боялся попутного ветра: если он начнется, то раньше захватит пиратов и принесет их к кораблю, когда он только что успеет взять ход. А может быть, и уйти успеет?\n\nКапитан решил: пусть будет какой-нибудь ветер, и пообещал в душе отдать сына в монахи, если хоть через час подует ветер.\n\nА на палубе матрос кричал:\n\n— В воду его, чего смотреть, ждать некогда!\n\nГрицку смешно было смотреть, как люди серьезно обсуждали: головой пустить вниз статую или привязать за шею?\n\n## 11. Шквал\n\nПираты были совсем близко. Видно было, как часто ударяли весла. Можно было различить и кучку народа на носу переднего судна. Красные паруса были убраны: они мешали теперь ходу.\n\nМачты с длинными гибкими рейками покачивались на зыби, и казалось, что не длинная галера на веслах спешит к кораблю, а к лакомому куску ползет сороконожка и бьет от нетерпения лапами по воде, качает гибкими усами.\n\nТеперь было не до статуи, ветра никто уже не ждал, все стали готовиться к бою. Капитан вышел в шлеме. Он был красен от вина и волнения. Дюжина стрелков залезла на марс, чтобы сверху бить стрелами врага. Марс был огорожен деревянным бортом. В нем были прорезаны бойницы. Стрелки стали молча размещаться. Вдруг один из них закричал:\n\n— Идет! Идет!\n\nНа палубе все задрали вверх головы.\n\n— Кто идет? — крикнул с юта капитан.\n\n— Ветер идет! Встречный с запада!\n\nДействительно, с марса и другим была видна черная кайма у горизонта: это ветер рябил воду, и она казалась темной. Полоса ширилась, приближаясь.\n\nПриближались и пираты. Оставалось каких-нибудь четверть часа, и они подойдут к кораблю, который все еще болтал на месте своими черными парусами, как параличный калека.\n\nВсе ждали ветра. Теперь уж руки не пробовали оружия — они слегка дрожали, а бойцы озирались то на пиратские суда, то на растущую полосу ветра впереди корабля.\n\nВсе понимали, что этим ветром их погонит навстречу пиратам. Удастся ли пройти боковым ветром (галфвинд) наперерез пиратам и удрать у них из-под носу?\n\nКапитан послал комита на марс — поглядеть, велик ли ветер, быстро ли набегает темная полоса. И комит со всех ног пустился по вантам. Он пролез сквозь отверстие (собачью дыру) на марс, вскочил на его борт и побежал выше по стень-вантам. Он еле переводил дух, когда долез до марс-рея, и долго не мог набрать воздуха, чтоб крикнуть:\n\n— Это шквал! Сеньор, это шквал!\n\nСвисток — и матросы бросились на реи. Их не надо было подгонять — они были моряки и знали, что такое шквал.\n\nСолнце в багровом тумане грузно, устало катилось за горизонт. Как нахмуренная бровь, висела над солнцем острая туча. Паруса убрали. Крепко подвязали под реями. Корабль затаил дух и ждал шквала. На пиратов никто не глядел, все смотрели вперед.\n\nВот он гудит впереди. Он ударил по мачтам, по реям, по высокой корме, завыл в снастях. Передний бурун ударил в грудь корабль, хлестнул пеной на бак и понесся дальше. Среди рева ветра громко, уверенно резанул уши свисток комита.\n\n## 12. Рифы\n\nКоманда ставила на корме косую бизань. На фок-мачте ставили марсель — но как его уменьшили! — риф-сезни связали в жгут его верхнюю половину, и он, как черный ножик, повис над марсом.\n\nКрасный закат предвещал ветер, и, как вспененная кровь, рвалось море навстречу мертвой зыби.\n\nИ по этой толчее, накренясь лихо на левый борт, рванул вперед венецианский корабль.\n\nКорабль ожил. Ожил капитан, он шутил:\n\n— Кажется, чересчур напугали Антония. Эти разбойники и скрягу заставят раскошелиться.\n\nА команда, шлепая босыми ногами по мокрой палубе, тащила с почтением несчастную статую на место.\n\nО пиратах никто теперь не думал. Шквал им тоже наделал хлопот, а теперь сгустившийся кровавый сумрак закрыл от них корабль. Дул сильный ровный ветер с запада. Капитан прибавил парусов и шел на юг, чтоб за ночь уйти подальше от пиратов. Но корабль плохо шел боковым ветром — его сносило вбок, он сильно дрейфовал. Высокий ют брал много ветра. Пузатые паруса не позволяли идти под острым углом, и ветер начинал их полоскать, едва рулевой пытался идти острее, «круче».\n\nВ суматохе аргузин забыл про Грицка, а он стоял у борта и не сводил глаз с моря.\n\n## 13. На буксире\n\nНаутро ветер «отошел»: он стал дуть больше с севера. Пиратов нигде не было видно. Капитан справлялся с картой. Но за ночь нагнало туч, и капитан не мог по высоте солнца определить, где сейчас корабль. Но он знал приблизительно.\n\nВсе люди, которые правили кораблем, невольно, без всякого усилия мысли, следили за ходом корабля, и в уме само собою складывалось представление, смутное, но неотвратимое: люди знали, в каком направлении земля, далеко ли они от нее, и знали, куда направить корабль, чтоб идти домой. Так птица знает, куда ей лететь, хоть и не видит гнезда.\n\nИ капитан уверенно скомандовал рулевому, куда править. И рулевой направил корабль по компасу так, как приказал ему капитан. А комит свистел и передавал команду капитана, как поворачивать к ветру паруса. Матросы тянули брасы и «брасопили» паруса, как приказывал комит.\n\nУже на пятые сутки, подходя к Венеции, капитан приказал переменить паруса на белые и поставить за кормой парадный флаг.\n\nГрицка и болгарина заковали в цепи и заперли в душной каморке в носу. Венецианцы боялись: берег был близко, и кто их знает? Бывало, что невольники прыгали с борта и добирались вплавь до берега.\n\nНа корабле готовили другой якорь, и аргузин, не отходя, следил, как его привязывали к толстому канату.\n\nБыл полдень. Ветер еле работал. Он совсем упал и лениво шутил с кораблем, набегал полосами, рябил воду и шалил с парусами. Корабль еле двигался по застывшей воде — она была гладкая и казалась густой и горячей. Парчовый флаг уснул и тяжело висел на флагштоке.\n\nОт воды подымалось марево. И, как мираж, подымались из моря знакомые купола и башни Венеции.\n\nКапитан приказал спустить шлюпку. Дюжина гребцов взялась за весла. Нетерпеливый капитан приказал буксировать корабль в Венецию.\n\n## 14. Буцентавр\n\nВыволокли пленников из каморки, повезли на богатую пристань. Но ничего наши ребята рассмотреть не могли: кругом стража, толкают, дергают, щупают, и двое наперебой торгуют невольников: кто больше. Поспорили, поругались; видит казак — уже деньги отсчитывают. Завязали руки за спину и повели на веревке. Вели вдоль набережной, вдоль спокойной воды. На той стороне дома, дворцы стоят над самым берегом и в воде мутно отражаются, переливаются.\n\nВдруг слышит Грицко: по воде что-то мерно шумит, плещет, будто шумно дышит. Глянул назад и обмер: целый дворец в два этажа двигался вдоль канала. Такого дома и на земле казак не видал. Весь в завитках, с золочеными колонками, с блестящими фонарями на корме, а нос переходил в красивую статую. Все было затейливо переплетено, перевито резными гирляндами. В верхнем этаже в окнах видны были люди; они были в парче, в шелках.\n\nНарядные гребцы сидели в нижнем этаже. Они стройно гребли, подымали и опускали весла, как один человек.\n\n— Буцентавр! Буцентавр! — загалдели кругом люди. Все остановились на берегу, придвинулись к воде и смотрели на плавучий дворец.\n\nДворец поравнялся с церковью на берегу, и вдруг все гребцы резко и сильно ударили три раза веслами по воде и три раза крикнули:\n\n— Ал! ал! ал!\n\nЭто Буцентавр по-старинному отдавал салют старинной церкви.\n\nЭто главный венецианский вельможа выезжал давать клятву морю. Клятву верности и дружбы. Обручаться, как жених с невестой.\n\nВсе смотрели вслед уплывающему дворцу, стояли — не двигались. Стоял и Грицко со стражей. Смотрел на рейд, и каких только судов тут не было!\n\nИспанские галеасы с высоким рангоутом, с крутыми бортами, стройные и пронзительные. Стояли они, как притаившиеся хищники, ласковые и вежливые до поры до времени. Они стояли все вместе кучкой, своей компанией, как будто не торговать, а высматривать пришли они на венецианский рейд.\n\nПлотно, развалисто сидели на воде ганзейские купеческие корабли. Они вразвалку пришли издалека, с севера. Деловито раскрыли ганзейские корабли свои трюмы и выворачивали по порядку плотно набитые товары.\n\nСтая лодок вертелась около них; лодки толкались, пробирались к борту, а ганзейский купец в очередь набивал их товаром и отправлял на берег.\n\nПортугальские каравеллы, как утки, покачивались на ленивой волне. На высоком юте, на задранном вверх баке не видно было людей. Каравеллы ждали груза, они отдыхали, и люди на палубе лениво ковыряли иголками с дратвой. Они сидели на палубе вокруг потрепанного погодой грота и ставили толстые заплаты из серой парусины.\n\nА дальше, вдоль набережной, кормой к берегу, стояли длинные блестящие красавицы — венецианские галеры. К ним-то и двинулась стража с Грицком.\n\n## 15. Галера\n\nГалера стояла кормой к берегу. Сходня, устланная ковром, вела с берега на галеру. Выступ у борта был открыт. Этот борт поднимался над палубой хвастливым изгибом.\n\nВдоль него бежали тонкой ниткой буртики, канты, а у самой палубы, как четки, шли полукруглые прорези для весел — по двадцать пять с каждого борта.\n\nКомит с серебряным свистком на груди стоял на корме у сходни. Кучка офицеров собралась на берегу.\n\nЖдали капитана.\n\nВосемь музыкантов в расшитых куртках, с трубами и барабанами, стояли на палубе и ждали приказа грянуть встречу.\n\nКомит поглядывал назад на шиурму — на команду гребцов. Он всматривался: при ярком солнце под тентом казалось полутемно, и, только приглядевшись, комит различал отдельных людей: черных негров, мавров, турок, — они все были голы и прикованы за ногу к палубе.\n\nНо все в порядке: люди сидят на своих банках по шести человек правильными рядами справа и слева.\n\nБыл штиль, и от нагретой воды канала подымалось зловонное дыхание.\n\nГолые люди держали огромные весла, вытесанные из бревна: одно на шесть человек.\n\nЛюди смотрели, чтоб весла стояли ровно.\n\nДюжина рук напряженно держала валек тяжелого галерного весла.\n\nАргузин ходил по мосткам, что тянулись вдоль палубы между рядами банок, и зорко поглядывал, чтоб никто не дохнул, не шевельнулся.\n\nДва подкомита — один на баке, другой среди мостков — не спускали глаз с разноцветной шиурмы; у каждого в руке была плеть, и они только смотрели, по какой голой спине пора щелкнуть.\n\nВсе томились и задыхались в парном вонючем воздухе канала. А капитана все не было.\n\n## 16. Кормовой флаг\n\nВдруг все вздрогнули: издали послышалась труба — тонко, певуче играл рожок. Офицеры двинулись по набережной. Вдали показался капитан, окруженный пышной свитой. Впереди шли трубачи и играли сигнал.\n\nКомит метнул глазом под тент, подкомиты зашевелились и наспех на всякий случай хлестнули по спинам ненадежных; те только ежились, но боялись шевельнуться.\n\nКапитан приближался. Он не спеша важно выступал в середине процессии. Офицер из свиты дал знак на галеру, комит махнул музыкантам, и грянула музыка: капитан по ковру вступал на галеру.\n\nЕдва он ступил на палубу, как над кормой тяжело всплыл огромный, шитый золотом флаг. На нем был вышит мишурой и шелками герб, фамильный герб капитана, венецианского вельможи, патриция Пиетро Гальяно.\n\nКапитан посмотрел за борт — в сонную лоснящуюся воду: золотом глянуло из воды отражение шитого флага. Полюбовался. Патриций Гальяно мечтал, чтобы его слава и деньги звенели звоном по всем морям.\n\nОн сделал строгое, надменное лицо и прошел на корму с дорогой, вызолоченной резьбой, с колонками и фигурами.\n\nТам под трельяжем \\[Трельяж — решетчатый навес. Он сводом перекрывает ют венецианской галеры.\\], накрытым дорогим ковром, стояло его кресло. Не кресло, а трон.\n\nВсе почтительно молчали. Шиурма замерла, и голые люди, как статуи, неподвижно держали на весу тяжелые весла.\n\nКапитан шевельнул рукой — и музыка смолкла. Кивком головы Гальяно подозвал старшего офицера. Офицер докладывал, что галера вооружена, снаряжена, что куплены новые гребцы, что провиант, вода и вино запасены, оружие в исправности. Скривано (писец) стоял сзади со списком наготове — для справок.\n\n## 17. Шиурма\n\n— Посмотрим, — вымолвил командир.\n\nОн встал с трона, спустился в свою каюту в корме и оглядел убранство и вооружение, что висело по стенам. Прошел в кают-камеру и обозрел все — и запасы и оружие. Он проверял арбалетчиков: заставлял их при себе натягивать тугой арбалет. Один арбалет он приказал тут же выбросить за борт; едва следом не полетел в воду и сам арбалетчик.\n\nКапитан был в гневе. Все трепетали, и комит, подобострастно извиваясь, показывал капитану шиурму.\n\n— Негр. Новый. Здоровый парень… очень даже здоровый.\n\nКапитан поморщился:\n\n— Негры — дрянь. Хороши первый месяц. Потом киснут и дохнут. Военная галера не для тухлого мяса.\n\nКомит опустил голову. Он купил негра по дешевке и втридорога показал цену командиру.\n\nГальяно внимательно рассматривал гребцов. Они сидели в обычной при гребле позе: прикованная нога опиралась на подножку, а другой ногой гребец упирался в переднюю банку.\n\nКапитан остановился: у одного гребца дрожали руки от напряженного, застывшего усилия.\n\n— Новый? — бросил он комиту.\n\n— Да, да, синьор, новый, славянин. С Днепра. Молодой, сильный чело…\n\n— Турки лучше! — оборвал капитан и отвернулся от новичка.\n\nГрицка б никто не узнал: он был побрит — голый череп, без усов, без бороды, с клочками волос на маковке.\n\nНа цепи, как и все эти цепные люди. Он посматривал на цепочку на ноге и приговаривал про себя:\n\n— О це ж дило! И усе через бабу… Сидю, як пес на цепочке…\n\nЕму уже не раз попадало плетью от подкомитов, но он терпел и приговаривал:\n\n— А усе через нее. Только не может же быть того…\n\nОн никак не мог поверить, чтоб так оно все и осталось в этом царстве, где коки прикованы к камбузу, гребцы к палубе, где триста человек здоровых людей дрожат перед тремя плетками комитов.\n\nА пока что Грицко держался за валек весла. Он сидел первым от борта. Главным гребцом на весле считался шестой от борта; он держался за ручку.\n\nЭто был старый каторжник. Его приговорили к службе на галере, пока не раскается: он не признавал римского папы, и за это его судили. Он уже десять лет греб и не раскаивался.\n\nСосед у Грицко был черный — негр. Он блестел, как глазированная посуда. Грицко о него не пачкался и удивлялся. У негра всегда был осоловелый вид, и он грустно хлопал глазами, как больная лошадь.\n\nНегр слегка шевельнул локтем и показал глазами на корму. Комит подносил ко рту свисток.\n\nНа свист комита ответили командой подкомиты, грянула музыка, и в такт ей все двести человек согнулись вперед, даже привстали на банках.\n\nВсе весла, как одно, рванулись вперед. Гребцы приподняли вальки, и едва лопасти весел коснулись воды, как все люди дернулись, изо всей мочи потянули весла к себе, вытянув руки. Люди падали назад на свои банки, все разом.\n\nБанки подгибались и охали. Хриплый вздох этот повторялся при каждом ударе весел. Его слышали гребцы, но не слышали те, что окружали капитанский трон. Музыка заглушала скрип банок и те слова, которыми перекидывались галерники.\n\nА галера уже оторвалась от берега. Ее пышная корма теперь вся была видна столпившимся любопытным.\n\nВсех восхищали фигуры греческих богов, редкой работы колонки, затейливый орнамент. Патриций Гальяно не жалел денег, и десять месяцев лучшие художники Венеции работали над носовой фигурой и разделкой кормы.\n\nГалера казалась живой. Длинный водяной дракон бил по воде сотней плавников.\n\nОт быстрого хода ожил тяжелый флаг и зашевелился. Он важно поворачивался и чванился золотом на солнце.\n\nГалера вышла в море. Стало свежее. Легкий ветер тянул с запада. Но под тентом вздыхали банки, и триста голых людей сгибались, как черви, и с размаху бросались на банки.\n\nГребцы тяжело дышали, и едкий запах пота носился над всей шиурмой. Теперь музыки не было, бил только барабан, чтоб давать такт гребцам.\n\nГрицко изнемогал. Он только держался за валек весла, чтоб двигаться в такт со всеми. Но бросить, не сгибаться он не мог: задним веслом попадут по спине.\n\nВ такт барабану двигалась эта живая машина. Барабан ускорял свой бой, ускоряла работу машина, и люди начинали чаще сгибаться и падать на банки. Казалось, что барабан двигал машину, барабан гнал галеру вперед.\n\nПодкомиты смотрели во все глаза: капитан пробовал шиурму, и нельзя было ударить в грязь лицом. Плетки ходили по голым спинам: подкомиты поддавали пару машине.\n\nВдруг свисток с кормы — раз и два. Подкомиты что-то крикнули, и часть гребцов сняла руки с весел. Они опустились и сели на палубу.\n\nГрицко не понимал, в чем дело. Его сосед-негр сел на палубу. Грицко получил плеткой по спине и крепче вцепился в валек. Негр схватил его за руки и потянул вниз. А тут в спину налетел валек переднего весла и вовремя сбил Грицка наземь — комит уж нацелился плеткой.\n\nЭто капитан приказал грести четырем из каждой шестерки. Он хотел посмотреть, какой получится ход, когда треть команды отдыхает.\n\nТеперь гребли четверо на каждом весле. Двое у борта отдыхали, опустившись на палубу. Грицко в кровь успел уже разодрать себе руки. Но у привычных галерников ладонь была, как подошва, и валек не натирал руки.\n\nТеперь галера шла в открытом море.\n\nЗападный ветер гнал легкую зыбь и полоскал борта судна. Мокрые золоченые боги на корме блестели еще ярче. Тяжелый флаг совсем ожил и полоскался в свежем ветре: вельможный флаг расправился, размялся.\n\n## 18. Правым галсом\n\nКомит коротко свистнул.\n\nБарабан смолк. Это командир приказал остановить греблю.\n\nГребцы стали втягивать весла на палубу, чтоб уложить их вдоль борта. Матросы убирали тент. Он вырывался из рук и бился на ветру. Другие полезли по рейкам: они отдавали сезни, которыми были плотно подвязаны к рейкам скрученные паруса.\n\nЭто были треугольные паруса на длинных гибких рейках. Они были на всех трех мачтах. Новые, ярко-белые. И на переднем было нашито цветное распятие, под ним три герба: папы римского, католического \\[Испанского.\\] короля и Венецианской республики. Гербы соединены были цепью. Обозначало это крепкий, нерушимый боевой союз трех государств против неверных, против сарацин, мавров, арабов, турок.\n\nТуго расправились на ветре паруса. На свободном углу паруса была веревка — шкот. За нее тянули матросы, и капитан давал приказание, как натянуть: от этого зависит ход судна. Матросы знали свои места, каждый знал свою снасть, и они бросились исполнять приказание капитана. Наступали на измученных гребцов, как на кладь.\n\nМатросы были наемные добровольцы; в знак этого у них оставляли усы. А галерники были каторжники, рабы, и матросы их топтали.\n\nГалера накренилась на левый борт и плавно скользила по зыби. После барабана, стона банок, шума весел спокойно и тихо стало на судне. Гребцы сидели на палубе, опершись спиной о банки. Они вытянули набухшие, затекшие руки и тяжело дышали.\n\nНо за плеском зыби, за говором флагов, что трепались на ноках рейков, не слыхали синьоры на корме под трельяжем говорка, смутного бормотанья, как шум, и ровного, как прибой. Это шиурма от весла к веслу, от банки к банке передавала вести. Они облетали всю палубу, от носа к корме, шли по левому борту и переходили на правый.\n\n## 19. Комиты\n\nПодкомиты не видели ни одного раскрытого рта, ни одного жеста: усталые лица с полуоткрытыми глазами. Редко кто повернется да звякнет цепочкой.\n\nУ подкомитов зоркий глаз и тонкое ухо. Им слышалось среди глухого бормотанья, звяканья цепей, плеска моря — им слышался звук, будто крысы скребут.\n\n«Тихо на палубе, осмелели проклятые!» — думал подкомит и прислушивался — где?\n\nГрицко оперся о борт и свесил меж колен бритую голову с клочком волос на макушке. Поматывая головой, думал о гребле и приговаривал про себя:\n\n— Ще раз так, то я вже сдохну.\n\nНегр отвернулся от своего соседа-турка и чуть не упал на Грицка. Придавил ему руку. Казак хотел ее высвободить. Но негр крепко ее зажал, и Грицко почувствовал, что ему в руку суют что-то маленькое, твердое. Потом разобрал — железка.\n\nНегр глянул полуоткрытым глазом, и Грицко понял: и бровью моргнуть нельзя.\n\nВзял железку. Тихонько пощупал — зубатая.\n\nПилка!\n\nМаленький жесткий зубатый кусочек. Грицка в пот бросило. Задышал сильней. А негр закрыл совсем глаза и еще больше навалился своим черным скользким телом на Грицкову руку.\n\nПодкомиты прошли, остановились и внимательно посмотрели на изнеможенного негра. Грицко замер. Он весь обвис от страха и хитрости: пусть думают, что он едва жив, до того утомился.\n\nКомиты говорили, а Грицко ждал: вдруг бросятся, поймают на месте.\n\nОн не понимал, что они говорили про неудачно купленного негра.\n\n— Лошадь, настоящая лошадь, а сдохнет. От тоски они дохнут, канальи, — говорили подкомиты. Они прошли дальше, на бак: там их ждал обед.\n\nЗагорелая голая нога просунулась острожно между Грицком и негром.\n\nКазак обиделся:\n\n«Тисно, а вин ще пхается».\n\nНога зашевелила пальцами.\n\n«Ще дразнится!» — подумал Грицко.\n\nХотел толкнуть ногу в намозоленную подошву. А нога снова нетерпеливо, быстро зашевелила пальцами.\n\nНегр приоткрыл глаз и взглядом указал на ногу. Грицко понял. Он устало переменил позу, навалился на эту голую ногу и засунул между пальцев этот обгрызок пилки.\n\nНегр не шелохнулся. Не двинулся и Грицко, когда нога протянулась назад к соседям.\n\nПорыв веселого ветра набежал на галеру, а с ним зыбина увесисто шлепнула в правый борт. Брызгами обдало по голым телам.\n\nЛюди дернулись и звякнули цепями. И в этом шуме Грицко ясно услышал, как шелестом долетел до него звук:\n\n— Якши? \\[Якши — хорошо.\\]\n\nПервое слово, что понял Грицко на галере. Дрогнул, обрадовался. Родными слова показались. Откуда? Поднял глаза, а это турок, что облокотился о черного негра, скосил глаза и смотрит внимательно, серьезно.\n\nЧуть не крикнул казак во всю глотку от радости:\n\n— Якши! Якши!\n\nДа спохватился. И ведь знал-то всего три слова: урус \\[Урус — русский.\\], якши да алла \\[Алла — бог\\]. И когда опять зашлепали на палубе матросы, чтобы подобрать шкоты, Грицко успел прохрипеть:\n\n— Якши, якши!\n\nТурок только глазами метнул.\n\nЭто ветер «зашел» — стал больше дуть с носу. Галера подобрала шкоты и пошла круче к ветру.\n\nВсе ждали, что синьор Пиетро Гальяно повернет назад, чтоб до захода солнца вернуться в порт. Осмотр окончен. Никто не знал тайной мысли капитана.\n\n## 20. Поход\n\nКапитан отдал приказание комиту. Тот передал его ближайшим к корме гребцам, «загребным», они передали следующим, что держали весла за рукоятку, и команда неслась вдоль галеры к баку по этому живому телефону.\n\nНо чем дальше уходили слова по линии гребцов, тем все больше и больше прибавлялось слов к команде капитана, непонятных слов, которых не поняли б и подкомиты, если б услышали. Они не знали этого каторжного языка галерников.\n\nКапитан требовал, чтоб к нему явился из своей каюты священник. А шиурма прибавляла к этому свое распоряжение.\n\n— Передавай ее дальше, на правый борт.\n\nСлова относило ветром, и слышал их только сосед.\n\nСкоро по средним мосткам затопал, подбирая сутану \\[Сутана — одеяние католических священников.\\], капеллан. Он спешил и на качке нетвердо ступал по узким мосткам и, балансируя свободной рукой, размахивал четками.\n\n— Отец! — сказал капитан. — Благословите оружие против неверных.\n\nСвита переглянулась.\n\nТак вот отчего галера шпарит правым галсом вкрутую уже три часа кряду, не меняя курса!\n\nПоход!\n\nНа свой риск и страх. Партизанский подвиг затеял Гальяно.\n\n— Неверные, — продолжал капитан, — овладели галерой патриция Рониеро. Генуэзские моряки не постыдились рассказать, что это было на их глазах. Должен ли я ждать благословения Совета?\n\nНа баке толпились уже вооруженные люди в доспехах, с мушкетами, копьями, арбалетами. Пушкари стояли у носовых орудий.\n\nКапеллан читал латинские молитвы и кропил пушки, мушкеты, арбалеты, спустился вниз и кропил камни, которые служили вместо ядер, глиняные горшки с огненным составом, шарики с острыми шипами, которые бросают при атаке на палубу врагам. Он только остерегся кропить известь, хотя она и была плотно укупорена в засмоленных горшках.\n\nШиурма знала уже, что это не проба, а поход.\n\nСтарый каторжник, что не признавал папы римского, что-то шепнул переднему гребцу. И пока на баке все тянули в голос «Те deum», быстро, как ветер бежит по траве, зашелестели слова от банки к банке. Непонятные короткие слова.\n\n## 21. Свежий ветер\n\nВетер, все тот же юго-западный ветер, дул весело и ровно. Начал играючи, а теперь вошел в силу, гнал бойкую зыбь и плескал в правую скулу галеры.\n\nА галера рылась в зыбь, встряхивалась, отдувалась и рвалась вперед, на другой гребень.\n\nПоддает зыбь, блестят брызги на солнце и летят в паруса, обдают людей, что столпились на баке.\n\nТам солдаты с подкомитом говорили про поход. Никто не знал, что затеял Пиетро Гальяно, куда он ведет галеру.\n\nВсем выдали вина после молебна; тревожно и весело было людям.\n\nА на юте, под трельяжем, патриций сидел на своем троне, и старший офицер держал перед ним карту моря. Комит стоял поодаль у борта и старался уловить, что говорит командир с офицером. Но комит стоял на ветру и ничего не слышал.\n\nСтарый каторжник знал, что Гальяно здесь врага не встретит. Знал, что такой погодой они к утру выйдут из Адриатики, а там… Там пусть только нападут…\n\nМатросы разносили суп гребцам. Это были вареные фиги, и там плавало сверху немного масла. Суп давали в море через день — боялись, чтоб еда не отяготила гребцов на их тяжелой работе. Негр не ел — он тосковал на цепи, как волк в клетке.\n\nК вечеру ветер спал, паруса обессиленно повисли. Комит свистнул.\n\nМатросы убирали паруса, лазая по рейкам, а гребцы взялись за греблю.\n\n## 22. На юте\n\nИ опять барабан забил дробь — четко, неумолимо отбивал он такт, чтобы люди бросались вперед и падали на банки. И опять все триста гребцов, как машина, заработали тяжелыми, длинными веслами.\n\nНегр вытягивался всей тяжестью на весле, старался, даже скалился. Пот лил с него, он блестел, как полированный, и банка под ним почернела — промокла. То вдруг силы оставляли этого громадного человека, он обмякал, обвисал и только держался за валек слабыми руками, и пятеро товарищей чувствовали, как тяжело весло: грузом висело черное тело и мешало грести.\n\nСтарый каторжник глянул, отвернулся и еще сильней стал налегать на ручку.\n\nА негр водил мутными глазами по сторонам — он уже ничего не видел и собирал последнюю память. Память обрывалась, и негр уж плохо понимал, где он, но все же в такт барабану сгибался и тянулся за вальком весла.\n\nВдруг он пустил руки: они сами разжались и выпустили валек.\n\nНегр рухнул спиной на банку и скатился вниз. Товарищи посмотрели и скорей отвернулись: они не хотели глядеть на него, чтобы не обратить внимания подкомитов.\n\nНо разве что укроется от подкомита?\n\nУже двое с плетьми бежали по мосткам: они увидали, что пятеро гребут, а шестого нет на Грицковой банке. Через спины людей подкомит хлестнул негра. Негр слабо дернулся и замер.\n\n— А, скотина! Валяться? Валяться? — шипел подкомит и со злостью, с яростью хлестал негра.\n\nНегр не двигался. Мутные глаза остановились. Он не дышал.\n\nКомит с юта острым глазом все видел. Он сказал два слова офицеру и свистнул.\n\nВесла стали.\n\nГалера с разгону шла вперед, шумела вода под форштевнем.\n\nКомит пошел по мосткам, подкомиты пробирались между банок к негру.\n\n— Что? Твой негр! — крикнул вдогонку комиту Пиетро Гальяно.\n\nКомит повел лопатками, как будто камнем ударили в спину слова капитана, и ускорил шаги.\n\nОн вырвал плеть у подкомита, сжал зубы и изо всей силы стал молотить плеткой черный труп.\n\n— Сдох!.. Сдох, дьявол! — злился и ругался комит.\n\nГалера теряла ход. Комит чувствовал, как зреет на юте гнев капитана. Он спешил.\n\nКаторжный кузнец уже возился около ноги покойного. Он заметил, что цепочка надпилена, но смолчал. Гребцы смотрели, как подкомиты поднимали и переваливали через борт тело товарища. Комит последний раз изо всей злой силы резнул плетью по мертвому телу, и с шумом плюхнуло тело за борт.\n\nСтало темно, и на корме зажгли над трельяжем фонарь, высокий, стройный, в полчеловеческого роста фонарь, разукрашенный, с завитками, с фигурами, с наядами на подножке. Он вспыхнул желтым глазом через слюдяные стекла.\n\nНебо было ясное, и теплым светом горели звезды — влажным глазом смотрели с неба на море.\n\nИз-под весел белой огненной пеной подымалась вода — это горело ночное море, и смутным, таинственным потоком выбегала в глубине струя из-под киля и вилась за судном.\n\nГальяно пил вино. Ему хотелось музыки, песни. Хорошо умел петь второй офицер, и вот Гальяно приказал замолчать барабану. Комит свистнул. Дробь оборвалась, и гребцы подняли весла.\n\nОфицер пел, как певал он дамам на пиру, и все заслушались: и галерники, и свита, и воины. Высунулся из своей каюты капеллан, вздыхал и слушал грешные песни.\n\nПод утро побежал свежий трамонтан и полным ветром погнал галеру на юг. На фордевинд шла галера, откинув свой косой фок направо, а грот — налево. Как бабочка распустила крылья.\n\nУсталые гребцы дремали. Гальяно спал в своей каюте, и над ним покачивалось на зыби и говорило оружие. Оно висело на ковре над койкой.\n\nГалера вышла в Средиземное море. Вахтенный на мачте осматривал горизонт.\n\nТам, на верхушке, мачта распускалась, как цветок, как раструб рога. И в этом раструбе, уйдя по плечи, сидел матрос и не спускал глаз с моря.\n\nИ вот за час до полудня он крикнул оттуда:\n\n— Парус! — и указал на юг прямо по курсу корабля.\n\nГальяно появился на юте. Проснулись гребцы, зашевелились на баке солдаты.\n\n## 23. Саэта\n\nКорабли сближались, и теперь все ясно видели, как, круто вырезаясь против ветра в бейдевинд, шел сарацинский корабль — саэта, длинная, пронзительная, как стрела.\n\nПиетро Гальяно велел поднять на мачте красный флаг — вызов на бой.\n\nКрасным флагом на рейке ответила сарацинская саэта — бой принят.\n\nПиетро Гальяно велел готовиться к бою и спустился в каюту.\n\nОн вышел оттуда в латах и шлеме, с мечом на поясе. Теперь он не садился в свое кресло, он ходил по юту — сдержанно, твердо.\n\nОн весь напрягся, голос стал звончей, верней и обрывистей. Удар затаил в себе командир, и все на корабле напряглись, приготовились. Из толстых досок городили мост. Он шел посередине, как пояс, от борта к борту над гребцами. На него должны забраться воины, чтоб оттуда сверху разить сарацин из мушкетов, арбалетов, сыпать камнями и стрелами, когда корабли сцепятся борт о борт на абордаж.\n\nГальяно метился, как лучше ударить в неприятеля.\n\nНа саэте взялись за весла, чтоб лучше управляться, — трудно идти вкрутую против ветра.\n\n## 24. «Снаветра»\n\nА Гальяно хотел подойти «снаветра», чтоб по течению ветра сарацины были ниже его.\n\nОн хотел с ходу ударить саэту в скулу острым носом, пробить, с разгону пройтись по всем ее веслам с левого борта, поломать их, своротить, сбросить гребцов с банок и сразу же засыпать врага стрелами, камнями, как ураган, обрушиться на проклятых сарацин.\n\nВсе приготовились и только изредка шепотом переговаривались отрывисто, крепко.\n\nНа шиурму никто не глядел, о ней забыли и подкомиты.\n\nА старому каторжнику на каторжном языке передавали:\n\n— Двести цепочек!\n\nА он отвечал:\n\n— По моему свистку сразу.\n\nКазак взглядывал на старика, не понимал, что затевают и когда надо. Но каторжник отворачивал лицо, когда Грицко не в меру пялился.\n\nНа баке уже дымились фитили. Это приготовились пушкари у заряженных орудий. Они ждали — может быть, ядрами захочет встретить командир неприятельскую саэту.\n\nНачальник мушкетеров осмотрел стрелков. Оставалось зажечь фитили на курках. Надавят мушкетеры крючок, и фитили прижмутся к затравкам \\[Затравка — отверстие в казенной (задней) части пушки или ружья, через которое поджигают заряд.\\]. Тогдашние тяжелые мушкеты палили, как ручные пушки.\n\nСаэта, не меняя курса, шла навстречу венецианцам. Оставалось минут десять до встречи.\n\nДесять стрелков пошли, чтоб взобраться на мост.\n\nИ вдруг свист, резкий, пронзительный, разбойничий свист резанул уши.\n\nВсе обернулись и обомлели.\n\nКаторжная шиурма встала на ноги. Если б деревянная палуба стала вдруг дыбом на всем судне, не так бы изумилась команда. И солдаты минуту стояли в ужасе, как будто на них неслось стадо мертвецов.\n\nЛюди дергали своими крепкими, как коренья, руками надпиленные цепи. Рвали, не жалея рук. Другие дергали прикованной ногой. Пусть нога прочь, но оторваться от проклятой банки.\n\nНо это была секунда, и двести человек вскочили на банки.\n\nГолые в рост, они побежали по скамьям, с воем, с звериным ревом. Они лязгали обрывками цепей на ногах, цепи бились на бегу по банкам. Обгорелые, черные, голые люди с озверелыми лицами прыгали через снасти, опрокидывали все по дороге. Они ревели от страха и злобы. С голыми руками против вооруженных людей, что стояли на баке!\n\nНо с юта грянул выстрел. Это синьор Гальяно вырвал мушкет у соседа, выпалил. Выпалил в упор по наступавшим на него галерникам. Вырвал из ножен меч. Лицо перекосилось от бешенства.\n\n— Проклятые изменники! — хрипел Гальяно, махал мечом, не подпуская к трельяжу. — Сунься!\n\nВыстрел привел в память людей на баке. Из арбалетов полетели стрелы.\n\nГребцы падали.\n\nНо те, кто рвался на бак, ничего не видели: выли звериным голосом, не слышали выстрелов, неудержимо рвались вперед, наступали на убитых товарищей и лезли ревущей тучей. Они бросались, хватали голыми руками мечи, лезли на копья, падали, а через них прыгали задние, бросались, душили за горло солдат, впивались зубами, рвали и топтали комитов.\n\nПушкари, не зная для чего, выпалили в море.\n\nА галерники сталкивали солдат с борта, другие, обезумевшие, топтали и коверкали убитых солдат. Мавр огромного роста крушил обломком арбалета все кругом — и своих и чужих.\n\nА на юте, у трельяжа, синьор Гальяно рванулся вперед на галерников. Поднял свой меч, и люди на минуту стали: бешеных, цепных людей остановила решимость одного человека.\n\nНо не успели офицеры поддержать своего синьора: старый каторжник бросился вперед, головой ударил командира, и вслед за ним голая толпа залила трельяж с воем и ревом.\n\nДвое офицеров сами бросились в воду. Их утопили тяжелые латы.\n\nА галера без рулевого стала в ветер, и он трепал, полоскал паруса, и они тревожно, испуганно бились.\n\nХлопал и бормотал над трельяжем тяжелый штандарт Пиетро Гальяно. Синьора уже не было на судне — его сбросили за борт.\n\nКомита люди, сорвавшиеся с цепи, разорвали в клочья. Галерники рыскали по судну, выискивали притаившихся в каютах людей и били без разбора и пощады.\n\n## 25. Оверштаг\n\n![Оверштаг](https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002Fb6\u002Fd5\u002Fb6d559ea770f0180d1917da3400132afdc4edc097e283cb482a8c48ba7c83dbd.webp)\n\nСарацины не понимали, что случилось. Они ждали удара и удивлялись, почему нелепо дрейфует, ставши в ветер, венецианская галера.\n\nВоенная хитрость? Сдача?\n\nИ саэта сделала поворот, оверштаг, и направилась к венецианской галере.\n\nСарацины приготовили новое оружие. Они насажали в банки ядовитых отвратительных змей и этими банками готовились закидать неприятельскую палубу.\n\nВенецианская шиурма была почти вся из моряков, взятых с мавританских и турецких судов; они знали парусное дело и повернули галеру левым бортом к ветру. Левым галсом пошла навстречу сарацинам венецианская галера под командой турка, Грицкова соседа. Старого каторжника зарубил синьор Гальяно, и он лежал под трельяжем, уткнувшись лицом в окровавленный ковер.\n\nФлаг Гальяно шумел по-прежнему на ветру на крепком флагштоке. Сарацины видели кормовой флаг на своем месте — значит, венецианцы не сдаются, идут на них.\n\nСарацины приготовили железные крючья, чтоб сцепиться борт о борт. Они шли под парусами правым галсом навстречу галере.\n\nНо вот на трельяж влез голый человек, черный и длинный. Он поймал вьющийся штандарт за угол, а тот бился и вырывался у него из рук, как живой.\n\nЭто великан мавр решил сорвать кормовой флаг. Он дергал. Флаг не поддавался. Он рванул, повис на нем — затрещала дорогая парча, флаг сорвался и вместе с мавром полетел за борт.\n\nВсе турки из шиурмы собрались на баке; они кричали по-арабски сарацинам, что капитана нет, нет солдат, что они, галерники, сдают судно.\n\nРулевой приводил к ветру. Передний парус, фок, подтянули шкотом так, что он стал против ветра и работал назад, а задний, грот, вытянули шкотом втугую, и он слабо работал вперед.\n\nГалера легла в дрейф.\n\nОна едва двигалась вперед и рыскала, то катясь под ветер, то выбегая на ветер. Осторожно подходили к ней саранцы, все еще не доверяя.\n\nМало ли хитростей в морской войне!\n\nОружие было наготове.\n\nТурки клялись аллахом и показывали порванные цепи.\n\nСарацины стали борт о борт и взошли на палубу.\n\n## 26. В дрейф\n\nЭто были марокканские арабы. Они были в красивых чеканной работы шлемах и латах — в подвижных, легких чешуйчатых латах. В этой броне они ловко и гибко двигались и блестели чешуей на солнце, как змеи. Убитые галерники валялись среди окровавленных банок, многие так и оставались на цепи, простреленные пулями и стрелами солдат.\n\nМавры-галерники наспех объясняли землякам, что случилось. Они говорили все сразу.\n\nСарацинский капитан все уже понял. Он велел всем молчать.\n\nТеперь, после гама и рева, первый раз стало тихо, и люди услышали море, как оно билось между бортами судов.\n\nГалера осторожно продвигалась вперед, лежа в дрейфе, ждала своей участи, и только чуть полоскал на ветру уголок высокого паруса.\n\nСарацинский капитан молчал и обводил глазами окровавленную палубу, убитых людей и нежные белые крылья парусов. Галерники смотрели на сарацина и ждали, что он скажет. Он перевел глаза на толпу голых гребцов, посмотрел с минуту и сказал:\n\n— Я даю свободу мусульманам. Неверные пусть примут ислам. Вы подняли руку на врагов, а они на своих.\n\nГлухой ропот прошел по голой толпе.\n\nТурок, Грицков сосед, вышел, стал перед сарацинским капитаном, приложил руку ко лбу, потом к сердцу, набрал воздуху всей грудью, выпустил и снова набрал.\n\n— Шейх! — сказал турок. — Милостивый шейх! Мы все — одно. Шиурма — мы все. Зачем одним свобода, другим нет? Они все наши враги были, эти, которых мы убили. А мы все на одной цепочке были, одним веслом гребли, и правоверные и неверные. Одной плеткой нас били, один хлеб мы ели, шейх. Вместе свободу добывали. Одна пусть судьба наша будет.\n\nИ опять стало тихо, только вверху, как трепетное сердце, бился легкий парус.\n\nШейх смотрел в глаза турку, крепко смотрел, и турок уперся ему в глаза. Смотрел, не мигая, до слез.\n\nИ все ждали.\n\nИ вдруг улыбнулся сарацин.\n\n— Хорошо ты сказал, мусульманин. Хорошо! — Показал рукой на убитых и прибавил: — Смешалась ваша кровь в бою. Будет всем одно. Убирайте судно.\n\nОн ушел, перескочил на свою саэту.\n\nВсе завопили, загомонили и не знали, за что приняться.\n\nРадовались, кто как умел: кто просто махал руками, кто дубасил до боли кулаком по борту галеры, другой кричал:\n\n— Ий-алла! Ий-алла!\n\nСам не знал, что кричал, и не мог остановиться.\n\nГрицко понял, что свобода, и орал вместе со всеми. Он кричал в лицо каждому:\n\n— А я ж казав! А я ж казав!\n\nПервый опамятовался Грицков турок. Он стал звать к себе людей. Он не мог их перекричать и манил руками. Турок показывал на раненых.\n\nИ вдруг гомон стих.\n\nШиурма принялась за дело. С сарацинской саэты пришли на помощь. Отковали тех, кто не успел перепилить цепи и остался у своей банки.\n\nКогда взяли тело старого каторжника, все притихли и долго смотрели в мертвое лицо товарища — не могли бросить в море. Сарацины его не знали. Они подняли его. Зарычала цепочка через борт, загремела, и приняло море человека.\n\nИ все отвернулись от борта. Шепотом говорили на своем каторжном языке и мыли кровавую палубу.\n\nТеперь флаг с полумесяцем развевался на мачте. Галера послушно шла в кильватер сарацинской саэте.\n\nСарацинский моряк теперь вел венецианскую галеру в плен к африканским берегам.\n\n## 27. У сарацин\n\nТолпа стояла на берегу, когда в залив влетела полными парусами ловкая саэта. За ней шла, не отставая, как за хозяином, в свой плен галера с затейливо разубранной кормой, в белых нарядных парусах на гибких рейках.\n\nСаэта стала на якорь, и галера следом за ней стала в ветер и тоже отдала якорь. Шиурма мигом сбила и убрала паруса.\n\nНа берегу поняли, что саэта привела пленницу. Толпа кричала. Народ палил в воздух из мушкетов. Странно было смотреть на эту новую, блестящую галеру, без царапинки, без следов боя и трепки — здесь, в мавританской бухте, рядом с сарацинской саэтой.\n\nШейх исполнил свое слово: всякий галерник волен был идти куда хочет. И Грицко долго объяснял своему турку, что он хочет домой, на Украину, на Днепр.\n\nА турок и без слов знал, что всякий невольник хочет домой, только не мог растолковать казаку, что надо ждать случая.\n\nКазак, наконец, понял самое главное: что не выдаст турок, каторжный товарищ, и решил: «Буду его слушать…»\n\nИ стал жить у сарацин.\n\nВ бухте стояло около десятка разных судов.\n\nНекоторые были так ловко выкрашены голубой краской, что ленивому глазу трудно было их сразу заметить в море. Это сарацинские пикеты красили так свои фюсты, чтоб незаметно подкрадываться к тяжелым купеческим судам.\n\nЭто были маленькие галеры, ловкие, юркие, с одной мачтой. Их легко подбрасывала мелкая зыбь в бухте. Казалось, им не сидится на месте, вот-вот сорвутся, понесутся и ужалят, как ядовитое насекомое.\n\nУ бригантин форштевень переходил в острый и длинный клюв. Бригантины смотрели вперед этим клювом, как будто целились. Корма выгибалась фестоном и далеко свешивалась над водой.\n\nВесь ют был поднят. Из портов кормовой надстройки торчали бронзовые пушки, по три с каждого борта.\n\nТурок показывал казаку на бригантину и что-то успокоительно бормотал. Казак ничего не понимал и кивал головой: понимаю, дескать, хорошо, спасибо.\n\nМного хотелось Грицку сказать галернику-турку, да не мог ничего и только приговаривал:\n\n— Якши, якши.\n\nСидел на песке, смотрел на веселую бухту, на сарацинские суда и загадывал:\n\n— Через год буду дома… хоть бы через два… а вдруг на рождество! — И вспомнил снег. Взял рукой горсть красноватого горячего песку, сдавил, как снежок. Не клеится. Рассыпался, как вода.\n\nАрабы ходили мимо в белых бурнусах, скрипели черными ногами по песку. Зло посматривали на казака. А Грицко отворачивался и все смотрел на веселую бухту, навстречу ветру.\n\n## 28. Бухта\n\nФелюга стояла на берегу. Кольями она была подперта в борта и сверху прикрыта парусом, чтоб не рассохлась на солнце. Спала, как под простыней. Парус навесом свешивался с борта. В тени его лежали арабы. Они спали, засунув головы под самое пузо сонной фелюги, как щенки под маткой.\n\nА мелкий прибой играл и ворочал ракушей под берегом. Ровно и сладко.\n\nВ углу бухты мальчишки купали коней, кувыркались в воде, барахтались. Мокрые лошади блестели на солнце, как полированные. Загляделся казак на коней.\n\nВдруг вдали показался верховой араб в белом бурнусе, на вороной лошади. Длинный мушкет торчал из-за спины. Он проскакал мимо мальчишек, что-то им крикнул. Мальчишки мигом вскочили на коней и в карьер поскакали от берега.\n\nАраб ехал к Грицку и по дороге что-то кричал фелюжникам.\n\nФелюжники проснулись, помигали со сна с минуту и вдруг вскочили, как пружины. Они мигом выбили подпорки, облепили фелюгу и с криком дернули ее к морю. Верховой осадил коня, глянул зверем на Грицка, заорал грозно и замахнулся плеткой. Грицко встал и отбежал в сторону.\n\nАраб пугнул его конем в два прыжка. Поднял на дыбы лошадь и повернул ее в воздухе. Ударил острыми стременами в бока и полетел дальше. Скоро весь берег покрылся народом — белыми бурнусами, полосатыми хламидами. Бабы арабские стояли на пригорке.\n\nВсе смотрели в море.\n\nЭто сторожевые с горы дали знать, что с моря идет парус. Не сарацинский парус. Фелюга уже рыскала по бухте от судна к судну: передавала приказ шейха готовиться сняться в море.\n\nА на берегу зажгли костер.\n\nКакая-то старая, высохшая женщина стояла у костра и держала за крылья петуха.\n\nПетух перебирал в воздухе лапами и стеклянными глазами смотрел на огонь.\n\nСтаруха раскачивалась и что-то бормотала.\n\nГрудь до самого пояса была вся в толстых бусах, в монетах, в раковинах. Бусы переливчато бренчали, тоже говорили.\n\nНарод стоял кружком и молчал.\n\nСтаруха кинула в огонь ладану, и сладкий дым понесло ветром вбок, где за мысом синело яркой синью Средиземное море.\n\nСтарухе подали нож. Она ловко отхватила петуху голову и бросила ее в огонь.\n\nВсе отошли: теперь начиналось самое главное.\n\nПетуха общипывала старуха и проворно работала черными костлявыми пальцами и пускала перья по ветру.\n\nТеперь все смотрели, куда полетят петушьи перья. Перья летели по ветру: они летели к мысу, летели к Средиземному морю.\n\nЗначит, удача.\n\nИ шейх дал приказ фюстам выйти в море.\n\nПолетели бы перья в аул — сарацины остались бы в бухте.\n\nАрабы бросились к фелюгам.\n\nА женщины остались со старухой у костра, и она еще долго бурливо гремела бусами и бормотала нараспев старинные заклинания.\n\nДве фюсты первые вырвались в море.\n\nОни пошли в разведку с темными парусами на мачтах.\n\nИх скоро не стало видно: они как растворились в воздухе.\n\nБригантины на веслах выгребались из залива.\n\nГрицко влез на пригорок и следил за сарацинскими судами и европейским парусом.\n\nПарус шел прямо к бухте — спокойно и смело.\n\n## 29. Славянский неф\n\nГрицков турок нашел своего товарища. Он тянул Грицка вниз на берег и что-то серьезно и тревожно говорил. Все повторяли одно, но казак ничего не понимал. Однако пошел за турком — он ему верил: крепко каторжное слово.\n\nЭто сарацины собрали всех христиан в кружок, чтобы все на глазах были, чтоб не давали своим сигналов. Пересчитали и хватились Грицка.\n\nХристиане сидели в кружке на берегу, а вокруг стояли сарацины с копьями. Турок привел казака и сам остался в кружке. Грицко осмотрелся — вся шиурма была тут: мусульмане-галерники не хотели покидать товарищей. Они сидели впереди и коротко переругивались со стражей.\n\nНо вот все поднялись, засуетились.\n\nВ бухту вернулась бригантина. Она вошла и отдала якорь на своем месте. Скоро весь сарацинский флот был в бухте.\n\nНеужели отступили, спрятались в бухту от одного корабля?\n\nНо вот в проходе появился высокий корабль. Он тяжело, устало входил в бухту под одним парусом. Осторожно пробирался в чужом месте далекий путник.\n\nСтража разошлась. Галерники разбрелись. Казак не понимал, что случилось. Решил, что христиане сдались без боя.\n\nДюжина фелюг обступила корабль. Все старались пробиться к борту.\n\nТурок, увязая ногами в песке, бежал к Грицку и что-то кричал. Он улыбался всеми зубами, кричал изо всей силы Грицку в ухо раздельно, чтоб понял казак. И все смеялся, весело, радостно. Наконец шлепнул Грицка по спине и крикнул:\n\n— Якши, якши, урус, чек якши!\n\nИ потащил его за руку бегом к каику.\n\nУзкий каик уже отчаливал от берега, гребцы, засучив шаровары, проводили каик на глубокое место. Их обдавало по грудь зыбью, каик вырывался, но люди смеялись и весело кричали.\n\nНа крик турка они оглянулись. Остановились. Закивали головами.\n\nТурок пихал Грицка в воду, торопливо толкал, показывая на каик. Грицко пошел в воду, но оглянулся на турка. Турок, высоко поднимая ноги, догнал Грицка и потащил дальше. Смеялся, скалил зубы.\n\nГребцы гукнули и разом вскочили с обоих бортов в узкий каик. Зыбью рвануло каик к берегу, но весла уж были на месте и дружно ударили по воде.\n\nПрибой, играя, поставил чуть не дыбом каик. Арабы весело осклабились и налегли, так что затрещали шкармы. Каик рванулся, прыгнул на другой гребень раз и два и вышел за пену прибоя. Грицко видел, что его везут к христианскому кораблю. Прогонистый каик, как ножом, резал воду. А турок, знай, хлопал казака по спине и приговаривал:\n\n— Якши, дели баш!\n\nГрицко немного побаивался. Может, думают, что ему к христианам хочется: был он уж у одних. Да надеялся на каторжного товарища. Этот понимает!\n\nПо трапу влез Грицко за турком на корабль. С опаской глянул на хозяев.\n\nЧто за люди? Двое к нему подошли. Они были в белых рубашках, в широких шароварах, в кожаных постолах на ногах. Что-то знакомое мелькнуло в длинных усах и усмешке.\n\nОни, смеясь, подошли к нему.\n\nТурок по-своему что-то сказал им.\n\nИ вдруг один сказал, смеясь:\n\n— Добры день, хлопче!\n\nКазак так и обмер. Рот разинул, и дыханье стало. Если б кошка залаяла, если б мачта по-человечьи запела, не так бы он удивился.\n\nКазак все смотрел, испуганно, как спросонья, хлопал глазами. А христианский моряк смеялся. Хохотал и турок и от радости приседал и стукал Грицка ладошкой в плечо:\n\n— А дели, дили-сен, дели!\n\n## 30. До хаты\n\nЭто был славянский корабль. Он пришел к маврам с товаром издалека, с Далматского берега, из Дубровки. Небогатый был корабль у дубровичан — из-под топора все.\n\nИ одеты хорваты-дубровичане были просто: в портах да рубахах.\n\nПахло на судне смолой да кожей.\n\nНе свой, чужой товар развозило по всему Средиземному морю славянское судно — ломовое судно. Как ломовые дроги, смотрело оно из-под смолы и дегтя, которым вымазали дубровичане и борта и снасти. В заплатах были их паруса, как рабочая рубаха у сносчика.\n\nЛюди на судне приветливо встретили казака, и не мог Грицко наговориться. Слушал турок непонятную славянскую речь и все смеялся, тер себе ладошками бока и скалил зубы.\n\nПотом заговорил с хорватами по-турецки.\n\n— Это он спрашивает, переправим ли тебя домой, — сказали Грицку хорваты и побожились турку, что поставят казака на дорогу, будет он дома.\n\nЧерез год только добился казак до своих мест. Сидел на завалинке под хатой и в сотый раз землякам рассказывал про плен, про неволю, про шиурму.\n\nИ всегда кончал одним:\n\n— Бусурманы, бусурманы… А вот на того турка я ридного брата не сменяю.\n\n### Словарь морских выражений и альбом рисунков к нему\n\nАбордаж — морской бой, когда суда сходятся борт о борт и схватка идет врукопашную.\n\nБак — носовая часть палубы.\n\nБанка — скамья в лодке.\n\nБейдевинд — Когда судно идет под парусами так, что ветер дует почти в нос судну, то говорят: судно идет в бейдевинд.\n\nБизань — третья мачта, считая от носа. На ней есть косой парус, который тоже называется «бизань».\n\nБлинд — четырехугольный парус под бушпритом. Теперь он не употребляется. Память о нем осталась в названии тех рогов, что идут в бока от середины бушприта. Они называются блиндагафеля и служат для распора снастей бушприта.\n\nБлиндарея — рея, которая перекрещивала бушприт. К ней подвязывался парус — блинд.\n\nБрасы — снасти, что идут от концов рей. За них поворачивают реи.\n\nБуртик — выступающий кант, что идет вдоль борта.\n\nБухта — небольшой залив, удобный для стоянки кораблей. Бухтой называют также канат, смотанный в круг, бочкой.\n\nБушприт — бревно, выпущенное впереди корабельного носа.\n\nВанты — веревки, которые идут от мачты к бортам.\n\nВахтенный — дежурный.\n\nВесла — Весло начинается ручкой, затем идет утолщение (для противовеса) — валек; дальше оно круглое, как палка, — это веретено, и кончается весло длинной лопаткой — пером.\n\nВетер зашел — значит ветер изменил свое направление и стал дуть больше с носа.\n\nВетер отошел — ветер стал дуть больше с кормы.\n\nВыбирать — тянуть снасть к себе.\n\nВыбленка — веревочная ступенька между соседними вантами. По этим ступенькам матросы взбегают на мачту.\n\nГалфвинд — Когда ветер дует парусному судну прямо в борт, то говорят: судно идет в галфвинд (или в полветра).\n\nГрот-мачта — вторая мачта, считая с носа.\n\nГрот — нижний парус на грот-мачте. Верхним краем он привязывается к грот-рее, а нижний его край свешивается над палубой. Косой грот на галере привязывался к рейку, который наискось вверх подымался на грот-мачте; верхний его конец подымался высоко над грот-мачтой.\n\nДрейф — снос судна по ветру. Если судно стоит на якоре, а якорь не зацепил как следует за дно и ползет по дну, то говорят: якорь подрейфил. Если судно идет в галфвинд и его снесло вбок на две мили, то говорят: две мили дрейфа. Лечь в дрейф значит заставить передние паруса тащить судно, назад, а задние — вперед. Тогда судно будет очень медленно двигаться вперед.\n\nКильватер — Идти в кильватер — так говорят, когда суда идут гуськом.\n\nКамбуз — кухня на судне.\n\nКарамусал — старинное турецкое посыльное судно.\n\nКлюз — отверстие в носу для якорного каната. От него идет железная труба, которая открытым концом выходит на палубу. В эту трубу и проводят с палубы якорный канат.\n\nКок — повар на судне.\n\nКруто к ветру — Идти круто к ветру — значит идти почти против ветра, лишь бы паруса были надуты, а не полоскали. Если стать совсем носом к ветру, то говорят: стал в ветер.\n\nКурс — направление судна.\n\nЛевым галсом — идет судно, у которого ветер с левой стороны, правым галсом — когда ветер справа.\n\nМарс — площадка на мачте. К ней как раз и проводят ванты, что идут от бортов к мачте.\n\nМарсель — второй снизу парус на мачте. На фок-мачте он называется фок-марсель, на грот-мачте — грот-марсель.\n\nМертвая зыбь — волны, которые остались после того, как перестал дуть ветер, или идущие издалека, где работает ветер. На них нет гребней.\n\nНок — конец реи, который выступает за парус.\n\nОверштаг — сделать поворот: стать сначала носом к ветру, а потом поставить ему другой борт.\n\nОпределиться — астрономическими наблюдениями узнать, где находится судно.\n\nОтдать — отпустить снасть; отдать якорь — отпустить якорь, чтоб он упал в воду.\n\nПереметы — рыбачьи снасти в несколько сот крючков.\n\nПорт — место для стоянки судов у берега; обычно это место огораживают толстыми каменными стенками, чтоб защитить порт от волн; устраивают склады для товаров и т. д. Портом называют также четырехугольное отверстие в борту судна; из этих портов стреляли в старину пушки; порты наглухо могли запираться крышками, которые откидывались вверх.\n\nПривести к ветру — поставить судно носом против ветра.\n\nРангоут — деревянные части «вооружения» судна: реи, бушприт, мачты.\n\nРейд — место в море перед портом.\n\nРея — деревянная поперечина на мачте, к которой привязывают «прямые» паруса. Концы ее называются ноками. От ноков наклонно вверх идут к мачте веревки — топенанты. Они поддерживают рею.\n\nРеек — наклонная поперечина на мачте. Конец ее сильно возвышается над мачтой. К рейкам привязывали на галере «косые» паруса: на передней мачте косой фок, а на задней — косой грот.\n\nРумб — направление по компасу.\n\nСалинг — площадка на мачте.\n\nСезни — снасти, которыми подвязываются паруса. Риф-сезни — это вшитые в паруса веревки. Они целым рядом хвостиков болтаются по обе стороны паруса. Когда парус надо уменьшить, риф-сезни связывают через край паруса.\n\nСкула — часть корпуса, где нос судна переходит в борт, круглый угол корпуса.\n\nСтать в ветер — стать прямо против ветра.\n\nСтеньванты — веревки, которые идут от марса к верху стеньги, а стеньга — это верхняя надставная часть мачты.\n\nСходня — деревянные мостки, что прокладывают с берега на судно, чтоб можно было пройти, перекатить груз.\n\nТабанить — грести назад.\n\nТакелаж — веревочные снасти на судне; все вместе называются такелажем судна.\n\nТент — брезентовый навес над палубой.\n\nТопенант — см. рея.\n\nТрамонтан — северный ветер.\n\nТрап — лестница.\n\nТузик — маленькая лодка на двух человек.\n\nФалень — по-морскому — веревка.\n\nФлагшток — небольшая мачта специально для флага.\n\nФок-мачта — передняя мачта.\n\nФордевинд — попутный ветер.\n\nФорштевень — носовой брус судна, которым оно разрезает воду.\n\nШаланда — плоскодонная лодка.\n\nШиурма — каторжная команда галеры.\n\nШкарма — тычок в борту: к нему привязывается ведро.\n\nШквал — сильный порыв ветра.\n\nШкот — снасть, что идет от конца паруса. Ею можно отпускать и натягивать туже парус.\n\nШпангоуты — ребра судна, на которые нашиваются доски наружной обшивки.\n\nЮт — кормовая часть палубы.\n\n![Тали, мачта, блок](https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F20\u002Fcf\u002F20cfd74144328e0e64ce00def8f64742259061b581666c140e785a8afa722676.webp)![Морские узлы](https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F89\u002Fa0\u002F89a0ac02e4d19c13a8829c80af9bbcd93609c32f7b9de0475baf535cbbcb2a21.webp)![Схема парусности коммерческого барка](https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F1b\u002F30\u002F1b3080824e5c1e2abb93d469f725522d50e13629f04ae8c1e6417d229e3df9d5.webp)",[83,93],{"category_id":84,"category_material_type_id":5,"category_name":85,"category_slug":86,"category_image_url":87,"category_order":88,"category_is_featured":72,"category_featured_order":80,"materials_count":80,"category_description":89,"seo_title":90,"seo_description":91,"seo_h1":85,"children":92},"3e6cb3ef-f071-40cc-a47f-cf6083019726","Рассказы Бориса Житкова","rasskazy-borisa-zitkova","\u002Fassets\u002Fimages\u002Ffake.png",1710,"\u003Cp>Борис Житков писал о самых обычных вещах, но умел увидеть в них целое приключение. Его герои – это любознательные мальчишки, смелые моряки, верные животные, которые постоянно попадают в разные ситуации. Они то спасают товарища, то проявляют находчивость, то просто наблюдают за удивительным миром вокруг. Эти истории не про выдуманное волшебство, а про настоящую жизнь, где важны дружба, смелость и умение не растеряться.\u003C\u002Fp>\n\u003Cp>Читать его рассказы – это как слушать увлекательную историю от бывалого человека. Он знал о пароходах, дальних странах и разных профессиях не понаслышке, поэтому всё описано точно и живо. Ребёнок узнает, как устроен паровой котёл, что чувствует кот в шторм или как вести себя, если заблудился в лесу. Это не сухие факты, а часть сюжета, где знание помогает герою выйти победителем.\u003C\u002Fp>\n\u003Cul>\n\u003Cli>Они развивают наблюдательность и интерес к миру.\u003C\u002Fli>\n\u003Cli>Показывают ценность взаимопомощи и ответственности.\u003C\u002Fli>\n\u003Cli>Отлично подходят для чтения вслух и обсуждения.\u003C\u002Fli>\n\u003C\u002Ful>\n\u003Cp>Их удобно слушать онлайн перед сном – спокойный, уверенный язык Житкова настраивает на хороший лад. А короткие зарисовки вроде истории про храброго мангуста или умного воробья Пушка запоминаются надолго. Это тот случай, когда книга становится добрым и умным собеседником для ребёнка.\u003C\u002Fp>","Рассказы Бориса Житкова - читать и слушать онлайн бесплатно","Рассказы Бориса Житкова для детей: читать онлайн и слушать бесплатно. Подборка сказок на ночь, короткие и длинные истории для детей.",[],{"category_id":94,"category_material_type_id":5,"category_name":95,"category_slug":96,"category_image_url":87,"category_order":97,"category_is_featured":72,"category_featured_order":80,"materials_count":80,"category_description":98,"seo_title":99,"seo_description":100,"seo_h1":95,"children":101},"9cb61163-d6d2-4061-8e9c-84cf477e0ac9","Морские истории - Житков","morskie-istorii-zitkov",7380,"\u003Cp>Борис Житков писал так, что слышишь скрип мачт и чувствуешь солёный ветер. Его морские истории – это не выдумка, а пересказ реальных событий и случаев, свидетелем которых он был. Читая их, ребёнок узнаёт, как устроена жизнь на корабле, что такое шторм и как моряки справляются с неожиданными трудностями. Герои здесь – не сказочные короли, а капитаны, матросы, механики, чья смекалка и отвага решают всё.\u003C\u002Fp>\n\u003Cp>Эти рассказы отлично подходят для мальчиков и девочек, которых манят приключения. Они учат не паниковать, смотреть в лицо опасности и находить выход из сложных ситуаций. Например, история о том, как экипаж справляется с пожаром в машинном отделении или как спасают тонущего человека, запоминается надолго. И это куда интереснее абстрактных нравоучений.\u003C\u002Fp>\n\u003Cul>\n\u003Cli>Ребёнок увидит, как важны в жизни знания, командная работа и хладнокровие.\u003C\u002Fli>\n\u003Cli>Короткие сюжеты удобно читать перед сном или в дороге.\u003C\u002Fli>\n\u003Cli>А ещё эти истории здорово слушать онлайн – голос рассказчика добавляет им живости.\u003C\u002Fli>\n\u003C\u002Ful>\n\u003Cp>Просто откройте любую историю, и вот вы уже на палубе, среди морской стихии. Житков не нагружает текст сложными словами, но его описания точны и ярки. Это тот случай, когда увлекательное чтение становится ещё и полезным уроком о мире и людях.\u003C\u002Fp>","Морские истории - Житков - читать и слушать онлайн бесплатно","Морские истории - Житков для детей: читать онлайн и слушать бесплатно. Подборка сказок на ночь, короткие и длинные истории для детей.",[],[],[],{"before_reading":105,"questions":106,"activity":109},"Очень жестокие сцены морского боя, рабского труда и гибели людей; только для старших подростков после чтения взрослым.",[107,108],"Какие суда описаны в истории?","Как различались судьбы тех, кто командовал, и тех, кто грёб?","Сравните схемы кораблей из текста, не превращая насилие в игру.",[111,125,138,151,164,175,187,200,213,225],{"material_id":112,"material_type_id":20,"material_name":113,"material_description":114,"material_slug":115,"material_image_url":116,"material_read_time":117,"material_read_seconds":118,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":120,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":121,"categories":122,"authors":123,"audios":124,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"29002f1d-bb10-438c-8720-e7bf4c8cf253","Ледоколы","Автор вспоминает, как замёрз черноморский порт, и объясняет работу ледоколов. Особое место занимает большой корабль «Ленин», помогающий судам выбраться из тяжёлого льда.","zhitkov-ledokoly","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002Fdb\u002F8a\u002Fdb8af36e8448aa9ef40faaf0e8385b98a8ef045e8443a18c6499cb4b3431f4c5.webp","10 мин.",600,true,"2026-09-25 15:58:48+03",[],[],[],[],{"material_id":126,"material_type_id":20,"material_name":127,"material_description":128,"material_slug":129,"material_image_url":130,"material_read_time":131,"material_read_seconds":132,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":133,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":134,"categories":135,"authors":136,"audios":137,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"db0e16b6-030b-47d0-aae0-288ea3097380","Путешествие храброго Ван-Гугена","Фома Ван-дер-Гуген собирается плыть выкупать брата, но старинные книги о морских чудовищах пугают его. В конце он решает притвориться больным и отказаться от поездки.","puteshestvie-khrabrogo-van-gugena","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F39\u002Fed\u002F39ed9034ead70dd862cbd3998282b832b2f17cdbd9d23060b5506673f4d0755e.webp","5 мин.",300,"2026-09-25 15:59:12+03",[],[],[],[],{"material_id":139,"material_type_id":20,"material_name":140,"material_description":141,"material_slug":142,"material_image_url":143,"material_read_time":144,"material_read_seconds":145,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":146,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":147,"categories":148,"authors":149,"audios":150,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"49e1cdc0-d496-43fd-aa5d-e22f20862243","Борода","Старик проваливается под лёд и хватается за цепь парохода. Матрос спасает его, пожертвовав частью бороды, и объясняет, почему жизнь важнее неё.","zhitkov-boroda","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F55\u002F4f\u002F554f52cde7ca2843b4728078a5eab0af3683547d5550b7901785d271746699e1.webp","2 мин.",120,"2026-09-25 15:58:53+03",[],[],[],[],{"material_id":152,"material_type_id":5,"material_name":153,"material_description":154,"material_slug":155,"material_image_url":156,"material_read_time":157,"material_read_seconds":158,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":159,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":160,"categories":161,"authors":162,"audios":163,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"b8d81a4d-6407-41c5-ba6c-3c41c0e82b5e","Про волка","Охотник привозит рассказчику живого волчонка. Тот растёт среди домашних животных, привязывается к Аннушке и неоднократно вырывается на улицу, показывая, как трудно держать дикого зверя в городе.","zhitkov-pro-volka","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002Ff7\u002F41\u002Ff74159c63910540d3ca8ac4d6b3add8338624c2200588e7e9138cece4707b262.webp","32 мин.",1920,"2026-09-25 15:59:08+03",[],[],[],[],{"material_id":165,"material_type_id":20,"material_name":166,"material_description":167,"material_slug":168,"material_image_url":169,"material_read_time":144,"material_read_seconds":145,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":170,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":171,"categories":172,"authors":173,"audios":174,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"9fc2ca0e-8fc5-4921-96ba-6f62568b2fb6","Пожар","Оставшись один, Петя играет с самодельной пушкой и вызывает пожар. Пожарные тушат дом, а сосед помогает семье после происшествия.","zhitkov-pozhar","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002Fa8\u002F36\u002Fa83645688ea95a1d8a28fbcb269b0d9a5f191c856d78b3d4fea4b65298526318.webp","2026-09-25 15:59:05+03",[],[],[],[],{"material_id":176,"material_type_id":20,"material_name":177,"material_description":178,"material_slug":179,"material_image_url":180,"material_read_time":181,"material_read_seconds":182,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":133,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":183,"categories":184,"authors":185,"audios":186,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"d9b2c457-9af0-4f70-b22f-0e2ef33a183c","Дым","Во время пожара дым скрывает выходы и мешает дышать. Пожарные ищут человека в горящем доме, показывая, насколько опаснее огня может быть задымление.","zhitkov-dym","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002Fc1\u002F30\u002Fc130861e8522e480806092692abd343b2d34b5c0ff625ef3e16576d4853f55d2.webp","3 мин.",180,[],[],[],[],{"material_id":188,"material_type_id":20,"material_name":189,"material_description":190,"material_slug":191,"material_image_url":192,"material_read_time":193,"material_read_seconds":194,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":195,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":196,"categories":197,"authors":198,"audios":199,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"e94b99d0-ec00-4ad0-9a32-f8ac69ac7e4e","Утопленник","Моряк видит в воде человека, которого окружающие принимают за погибающего, и бросается ему на помощь. История получает неожиданное продолжение и оставляет спасённому Феде прозвище «утопленник».","utoplennik","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F5f\u002F71\u002F5f711de0e85d11b13555839a0f7050951b0e973b1461034295485954058756f7.webp","21 мин.",1260,"2026-09-25 15:59:14+03",[],[],[],[],{"material_id":201,"material_type_id":20,"material_name":202,"material_description":203,"material_slug":204,"material_image_url":205,"material_read_time":206,"material_read_seconds":207,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":208,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":209,"categories":210,"authors":211,"audios":212,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"3ce8ee72-48e3-44a1-af3c-e0ee56a81fa3","Девочка Катя","Катя мечтает улететь на большой птице и увлекается фантазией так сильно, что оказывается на крыше. Папа находит её и помогает безопасно спуститься.","zhitkov-devochka-katya","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002Ff5\u002F47\u002Ff547de28b52cd1eb85b43c52c4ce79006a96b6ac519f619a1eb4e2f473b7bbe3.webp","9 мин.",540,"2026-09-25 15:58:51+03",[],[],[],[],{"material_id":214,"material_type_id":20,"material_name":215,"material_description":216,"material_slug":217,"material_image_url":218,"material_read_time":219,"material_read_seconds":71,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":220,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":221,"categories":222,"authors":223,"audios":224,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"d33bd743-4e07-4efe-b8a2-49362fa5493b","Зоосад","Ребёнок с мамой едет в зоологический сад и с удивлением рассматривает слона, кенгуру и других животных. Его вопросы превращают прогулку в весёлое открытие нового мира.","rasskaz-zoosad","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F90\u002F62\u002F9062754aff4802dc1566f951185ba98c8b6a2b07bef27c1a3bb7d4fa5eefd0ad.webp","1 ч.","2026-09-25 15:59:11+03",[],[],[],[],{"material_id":226,"material_type_id":5,"material_name":227,"material_description":228,"material_slug":229,"material_image_url":230,"material_read_time":231,"material_read_seconds":232,"has_audio":119,"material_created_at":73,"material_update_at":233,"seo_title":77,"seo_description":77,"seo_h1":77,"material_canonical_slug":77,"chapters":234,"categories":235,"authors":236,"audios":237,"material_parent_guide":77,"generation_parameters":77},"15336122-eb8e-4e19-99d2-d1c61022685d","Мария и Мэри","Русская шхуна «Мария» идёт по Чёрному морю в Болгарию, где её путь пересекается с историей судна «Мэри». Морское путешествие втягивает людей в сложный конфликт, заканчивающийся угрозой ареста.","mariya-i-mehri","https:\u002F\u002Ftvoideti.ru\u002Fmedia\u002Fimages\u002F36\u002F85\u002F368562bdf226a1b2e31474a9288ea7372da9180515b48ea84b866dedf736104d.webp","19 мин.",1140,"2026-09-25 15:58:45+03",[],[],[],[]]